Регистрация

Художник-оформитель Владислав Ерко: "Все, что мне хочется делать, я воплощаю в иллюстрациях к книгам"

Мне нравится37       0  
В иллюстрации Владислава Ерко малыши влюбляются с первого взгляда. Да что и говорить, их родители тоже не могут оторваться от красочных, наполненных мельчайшими деталями рисунков. Их автор — обладатель многих всеукраинских и международных премий. Мы встретились с художником и Владислав рассказал нам, зачем нужны диснеевские Белоснежки, о своей работе над «Гамлетом», творческом везении, и о том, как в одном художнике уживается два разных мастера.
Немного «официальных» сведений: сказка «Снежная королева» получила титул «Лучшая детская книга-2006» в США, в 2008 г. издание пьесы Шекспира «Гамлет» была удостоена Гран-При Львовского Форума издателей, а в 2002 г. Владислав Ерко был назван лучшим художником года по версии российского издания «Книжный обзор». И это далеко не полный перечень «регалий» и побед киевского графика.
Иллюстрация к британским рыцарским «Сказкам Туманного Альбиона»
— Владислав, сказки с вашими рисунками очень впечатляют, вы с детства мечтали иллюстрировать детские книжки?

— Мне всегда хотелось рисовать. В детстве все мои книжки были обрисованы, я «исправлял» все рисунки или дорисовывал новые! И я никогда не чувствовал себя живописцем — мне почему-то хотелось каким-то образом выступать в связке с неким текстом. Только потом я понял, что это называется иллюстрированием.
— Какие книги впечатлили и запомнились вам в детстве?

— До шести лет для меня существовал только Андерсен. Еще, конечно, был Маршак, Чуковский и великолепный чешский пятитомник «Сказки славянских народов». Потом меня одолели древние греки, и я запоем читал «Мифы древней Греции» Куна, а лет в восемь я влюбился в Пикассо. Моей любимой картиной стали «Три музыканта», которые я увидел в журнале «Огонек». Там же я увидел картины Матисса, Ренуара, Дега, их искусство меня удивляло и притягивало. Это были 1960-е годы, время оттепели, когда в стране дозировано разрешили импрессионистов и постимпрессионистов, но тогда этого я, конечно, не знал.
— С такой серьезной подготовкой в столь юном возрасте немудрено стать художником! Владислав, как складывалась ваша карьера?

— Я поступил на учебу в киевское отделение Львовского полиграфического института и на втором курсе меня пригласили в издательство «Укррекламфильм». Там работали замечательные графики, создававшие не совковые плакаты к фильмам Параджанова, Тарковского, Ильенко, Осыки, Михалкова.
— Интересно, наверное, было работать над плакатами к фильмам культовых режиссеров, долго сотрудничали с этим издательством?

— С огромным удовольствием я работал года четыре и даже умудрился получить международную премию за плакат. Потом издательство благополучно закрыли из-за отдаленности от народа и непонятности трактовок, и вообще — расхода денег Министерства культуры непонятно на что. Говорили, если в фильме снимается замечательный актер Янковский или Смоктуновский, то и рисовать на плакате нужно Янковского или Смоктуновского, а не придумывать какую-то метафору. Как-то все это произошло очень мило: всех собрали, поблагодарили, наградили дипломами и сказали, что издательства больше нет. Это был 1990 год.
Иллюстрации к сказке Г. Х. Андерсена «Огниво»
— Да, в 1990-е годы вообще сложно в стране было не только в издательском деле, где же вы впервые начали заниматься иллюстрированием книг?

— В издательстве «Молодь» было несколько книжных серий, которые не пользовались спросом, — жуткий назидательный мусор о пролетариях, колхозниках, пограничниках. Авторы и художники получали за книги гонорары, книги никто не покупал, и они шли в переработку. Для меня это была хорошая возможность учиться рисовать. Главный художник Машков сказал: «Рисуй, что хочешь!», и я рисовал, что хотел. Авторы иногда возмущались, заламывали руки и взывали к Машкову: «У меня тут так прописана любовная линия, а что это такое нарисовал ваш художник!?». Машков отвечал, что если какой-нибудь дурак купит вашу книжку, то только из-за картинок.
Иллюстрации В. Ерко к сказке Г. Х. Андерсена «Огниво»
— Повезло, вам давали «зеленый свет» в советское время, расскажите, как появились ваши рисованные сказки, которые стали очень популярны?

— В 1993 году я нарисовал несколько пробных иллюстраций к «Снежной королеве» и к «Сказкам туманного Альбиона», обошел с ними почти все киевские издательства и получил отказы в разных формах. Одни говорили, что рисунки слишком заумные, другие — слишком западные или вовсе не для детей. Благодаря художнице Кате Штанко я попал к Ивану Малковичу в издательство «А-ба-ба-га-ла-ма-га». Мне говорили, что он жуткий мучитель, который заставляет своих художников по нескольку раз переделывать работу, но он замечательно печатает и для него дело чести — сделать хорошую книгу. Так началось мое сотрудничество с этим издательством, и появились мои сказки.
Владислав Ерко и Иван Малкович на выставке в Нью-Йорке, декабрь 2013 г.
— Недавно вышла книга «Маленький принц» Экзюпери с вашими иллюстрациями, и были какие-то сложности с ее публикацией, с чем они были связаны?

— История касалась прав на издание. «Маленький принц» мог выходить только с иллюстрациями Экзюпери, это было пожелание родственников погибшего автора. Прошел 71 год со дня смерти Экзюпери и это значит, что Украина, подписавшая Венскую конвенцию, может официально издавать эту книгу с другими рисунками. Например, СССР не подписывал этот документ и печатал «Маленького принца» с разными картинками все мое детство. А наша книга вышла через 7 лет после того, как я ее проиллюстрировал. Для меня эти рисунки морально устарели и уже давно мне неинтересны — сейчас я все бы нарисовал по-другому.


— Скажите, с выбором книги, истории для иллюстрации — это был заказ издательства или же ваша инициатива, «оживить» по-своему «Маленького принца»?


— Это была моя идея. Вообще, в последнее время я донимаю издателей своими предложениями.

— Владислав, а как складывалось с оформлением вами книг Паоло Коэльо и Ричардом Бахом, эти книги в 2000-е годы создали невероятный бум в продажах!

— Тогда я сотрудничал с киевским издательством «София». До этого «Алхимик» Коэльо с треском провалился в каком-то питерском издательстве, и они за копейки продали права «Софии». Я уговорил директора Юру Смирнова издать роман с десятком иллюстраций, и удивительным образом книжка продалась просто мгновенно. После такого успеха я проиллюстрировал другие его произведения.
— Говорят, что сам Паоло Коэльо был в восторге от ваших рисунков! А что вы думаете о творчестве этого писателя?

— Если говорить об изданиях, точно не знаю, но подозреваю, что «София» — единственное издательство, которое вообще издавало Коэльо с иллюстрациями. Думаю, успех во многом обеспечил и замечательный перевод Саши Богдановского, московского переводчика, который, по мнению тех, кто читал Коэльо в оригинале, превратил довольно обычный текст в замечательное высокохудожественное повествование. Несомненно, книги Коэльо — феномен, огромное число людей, не склонных к чтению вообще, проглотили эти повести-притчи. Возможно, читатели Коэльо когда-нибудь придут к Борхесу или Сарамаго…

— В рисунках к книгам Коэльо много таинственного и загадочного, какая у вас была концепция, когда вы работали над ними?
— У меня нет никогда никакой концепции. Всю жизнь мне сопутствуют беспорядок и бардак. Я никогда не рисую эскизов, не делаю макетов. Например, начинаю рисовать с 17-ой по счету из 20-ти иллюстраций, потому что я ее «увидел» или она мне приснились. Бывает, что приснится уже готовая книга. Потом я хожу с этими ощущениями и уверенностью, что мне все-таки удастся все зафиксировать и воспроизвести на бумаге. Но сон, как всегда, испаряется, и иллюстрации рисуются, как бог на душу положит. Иногда книжка словно «вылетает» легко и с огромным удовольствием, а для меня это самое главное.

— Владислав, а с какой книгой получилось именно так — легко и с радостью?

— С «Гамлетом» вышло именно так, а вот с «Ромео и Джульеттой» — иначе, очень тяжело. Во-первых, я почему-то не люблю эти квази-итальянские пьесы Шекспира, со всеми страстями и любовными переживаниями. В пьесе есть замечательный персонаж Меркуцио, которого убивают, к сожалению, в первых актах. Такой умный и замечательный герой, почти Гамлет, и так рано уходит из пьесы! Еще хороша служанка, свадебные музыканты, и конечно, замечательный перевод Юрия Андруховича… Знаете, вообще-то вот я сейчас вспомню все хорошее, и окажется, что я очень люблю «Ромео и Джульетту»!
Иллюстрация В. Ерко к трагедии У. Шекспира «Гамлет»

— Почему все-таки над «Гамлетом» вы работали с особым интересом и как вы пришли к Шекспиру?

— Здесь все сошлось: так, у Малковича был готовый перевод Юрия Андруховича, я и согласился. Перед этим у меня был длительный застой, просто ничего хорошего не рисовалось. И почему «Гамлет» быстро получился? Может потому, что в Коктебеле я снес камешек на могилу Волошина, на котором написал «Макс, дай, пожалуйста, чуть-чуть таланта»? Не знаю… Может, предрассудки, как угодно к этому относитесь, но после этого «Гамлет» вылетел мгновенно.

Иллюстрации В. Ерко к пьесе У. Шекспира «Гамлет»
— В иллюстрировании пьесы, какие моменты вы выбираете, и что играет главную роль — ваши впечатления, эмоции, образы или действия?

— В пьесах Шекспира главные события происходят не в действии, а в паузах, характерах, размышлениях героев, в каких-то иронических замечаниях. Мне это гораздо интереснее, чем иллюстрировать просто действие. Я не люблю заниматься кинематографом, хотя иллюстрация в чем-то сродни экранизации. Вот, например, иллюстрация «Свадьба Клаудио и Гертруды». Горацио спешил на похороны старого короля, но опоздал, и успел на свадьбу нового. Гамлет по этому поводу иронизирует — что в общем-то объедки с похоронного стола пошли на свадебный. И вот лежит на блюде приготовленный старый король, в гарнире из артишоков и яблок…
… Вообще, художник никогда ничего не должен объяснять, почему он так нарисовал. Если он объясняет, значит, он графоман, искусствовед или психоаналитик!
— Владислав, говоря о вашем интересном и необычном стиле, кто повлиял на его формирование, на ваш вкус, что сыграло главную роль в его становлении?

— Есть такой период ученичества, когда кажется, что технически ты можешь все, но при этом нет ничего своего — своих линий, своих пятен, своих мыслей. Я долго не понимал, чего же я хочу, и у меня даже не было любимого художника. И вдруг мне попадает журнал «Всесвит» со статьей об Альбине Бруновском и пара его плохо напечатанных офортов. Я «заболел» Бруновским на несколько лет! Я проходил через него, как через какой-то фильтр, пока что-то «мое» не начало появляться и тогда я понял, что следую своей группе крови — не знаю, как по-другому это определить.

…Сейчас я существую в двух видах — один Ерко рисует черно-белую графику, а другой — цветные детские иллюстрации. Люди, которые любят детские книжки, говорят: «Я не представляю себе, как этот художник мог нарисовать такую унылую ерунду, как „Гамлет“», и наоборот.
Иллюстрации В. Ерко к пьесе У. Шекспира «Гамлет»
— У вас есть две непримиримых армии поклонников вашего разнообразного творчества! А над чем вам интереснее работать — над детской иллюстрацией или над классикой? и как совмещаются эти два противоречивых Владислава Ерко?

— Для меня это возможность переключаться, и я очень этому рад! Когда устаю от детской иллюстрации, от цвета, начинаю рисовать что-то более жесткое. Это спасает от «эстетического диабета».

— От ваших иллюстраций к сказкам в восторге и дети, и взрослые, для кого вы их рисуете?

— Я их рисую для себя. Я ведь хорошо знал только одного ребенка — Славика Ерко. Даже дочка для меня загадка! Если ты рисуешь не для себя, а начинаешь просчитывать, то превращаешься в Стивена Спилберга, который может просчитать успех фильма, а это страшно неинтересно. Здесь важно совпасть, и я, очевидно, каким-то образом совпал со вкусом большого количества читателей или их представлениями о том, какой должна быть детская книга.

— Владислав, возвращаясь к вашему творчеству, ваши рисунки удивляют мельчайшими деталями, такой тонкой и точной проработкой, в какой технике и как вы рисуете?

— В цветных иллюстрациях использую акварель×
Акварель (от итал. «aquarello») – широко известная техника рисования с помощью красок на водной основе, изобретенная в III ст. в Китае. Акварельные краски после растворения в воде становятся прозрачными, поэтому при нанесении их на зернистую бумагу изображение выглядит воздушным и тонким. В отличие от картин маслом, в работах акварелью отсутствуют фактурные мазки.
читать дальше
, гуашь×
Гуашь (от франц. Gouache - влажный) – вид живописи, в котором используют матовые водорастворимые краски. Их также называют этим термином. Возникла гуашь в ХI веке, когда к акварели добавили клей и белила для достижения большей плотности. Её консистенция создает непрозрачное изображение, может перекрывать «неудачные» места. В Средневековье гуашевыми краскам создавали миниатюры в книгах. Художники эпохи Возрождения использовали их для эскизов. В России гуашь стала популярна среди плакатистов. В станковой живописи её применяют для оформления декоративных элементов, в сочетании с тушью или акварелью. Гуашью работают не только на бумаге, а и на холсте, фанере, ткани.Краска сначала наносится тонким флоем, а затем перекрывается болем плотным. Существует художественная и плакатная гуашь. Для последней характерна большая насыщенность.
читать дальше
и темперу на бумаге. А черно-белая графика, если брать Коэльо — то это и карандаш, и бумага, и компьютер. В «Гамлете» — смешанная техника. Сначала рисуются части иллюстрации тушью, пером, карандашом на бумаге, затем сканируются, собираются и дорисовываются в компьютере. Плюс текстуры, нарисованные Полиной, моей дочерью. Мне очень нравится, как выглядит белый штрих на чёрном фоне, созданный при помощи графического планшета. По сути, это ручное рисование физическим карандашом в виртуальной плоскости. Сейчас те времена, когда глупо относиться с предубеждением к компьютерной графике. Например, в «Сказках туманного Альбиона» есть три иллюстрации, нарисованные на компьютере, и их не могут отличить даже специалисты.
Иллюстрация В. Ерко к «Сказкам Туманного Альбиона»

— Как повезло вашей дочке — она росла с вашими иллюстрациями, помогала вам в работе?

— Полька у меня ещё тот фрукт! В детстве это был маленький въедливый критик. Например, она говорила: «Какой замечательный косоглазый мальчик!» Смотрю — и правда слегка косит. Вообще точно видела слабое место там, где я сам боялся себе признаться! Мне кажется, что вкуса у неё побольше, чем у меня.

Иллюстрация В. Ерко к сказке Г. Х. Андерсена «Снежная королева»
— «Сказки Туманного Альбиона» и «Снежная королева» с вашими иллюстрациями сегодня выходят в 20 странах мира. Чувствуете себя всемирной знаменитостью?

— Никогда не страдал звездной болезнью. Я знаю в Киеве многих графиков лучше и талантливее меня, просто не у всех складываются отношения с издателями. А ко мне вдруг благосклонно повернулась судьба. Сегодня очень часто издатель не готов доверять художнику, упаси боже экспериментировать, рисковать деньгами… Мне кажется, что лучшие времена позади или где-то далеко впереди, а сейчас какой-то провал в качестве иллюстраций и изданий.
— Владислав, вы упомянули о талантливых современных украинских графиках, кого бы вы отметили?

— Номер один для меня — Павел Маков. Очень люблю Романа Романишина, Лешу Федоренко, Олега Денисенко, замечательных иллюстраторов детских книг Олега Петренко-Занецкого, Арсена Джаникьяна, Катю Штанко — это все графики с международным признанием.

— А какие издания с иллюстрациями украинских художников вас впечатляют и приносят удовольствие?

— Люблю книги Сергея Якутовича. Он последний из могикан. Так больше никто не рисует. Во Львове есть творческая мастерская «Аграфка», которую основали совсем молодые ребята — Романа Романишина и ее муж Андрей Лесив. Они делают книжки, которые получают международные премии и прекрасно продаются в Европе, но как мне кажется, 95% наших мам никогда не купят их своему ребенку, для них это тихий ужас и недопустимая вещь. Я мечтаю, чтобы таких книг было больше.
— …К сожалению, сейчас многие хорошие художники не могут реализоваться, потому что они вне понимания большинства. В советские времена, которые я ненавижу, все же могли творить такие художники как Конашевич и Митурич, абсолютно абстрактный, ничуть не приближенный к фотографии. В Украине работали Легкобыт, Крыга, Голозубов, Вадим Игнатов — художники, которые рисовали сложную образную иллюстрацию и абсолютно не пытались понравиться всем, причем детям их рисунки нравились. А сейчас, например, мама пришла в магазин и увидела диснеевскую «Белоснежку» и решила, что эта книжка понравится ее ребенку. А может, ребенку вообще понравится Жорж Брак или Кандинский?
Иллюстрация В. Ерко к сказке Г. Х. Андерсена «Снежная королева»
- …Год назад я общался с нью-йоркскими иллюстраторами, оказывается, в Америке существуют некие материнские педсоветы, которые определяют, как нужно иллюстрировать детские книжки. Оказывается, проиллюстрировать книжку высокохудожественно — это не есть хорошо. Грубо говоря, если книжку проиллюстрирует Леонардо да Винчи — это унизит ребенка, он закомплексует и подумает — «как здорово нарисовано, я же никогда не смогу так нарисовать». Поэтому большинство американских детских книг примитивны, а многие иллюстраторы уходят в живопись или эстамп×
Эстамп – (от фр. Estampe – отпечаток) – отпечаток на бумаге, наносимый с матрицы. Этим сборным термином обозначают любое произведение, которое производится методами печатной графики. К разновидностям эстампа относят плоскую печать (монотипия, литография), глубокую печать (офортные техники), высокую печать (ксилография, линогравюра, гравюра на картоне), трафаретную печать (сериография). Авторскими считают эстампы, изготовленные непосредственно художником или мастером под руководством автора. В этом случае, каждый оттиск считают оригиналом, а не копией. Поэтому самыми ценными коллекционеры называют первый тираж, подписанный творцом в нижнем правом углу. В левом нижнем углу должен значится порядковый номер оттиска и количество тиражированных экземпляров.
читать дальше
, где не нужно прогибаться.
Иллюстрация В. Ерко к «Сказкам туманного Альбиона»

— Ваши иллюстрации ко многим изданиям побеждали на европейских конкурсах, были ли предложения или проекты по сотрудничеству из-за границы?

— Сколько угодно, но я не вижу в этом смысла, иллюстрации к «Снежной королеве» и «Сказкам туманного Альбиона» и так издаются в Штатах, в Англии, в Европе, в Корее, около 20 странах мира. Вообще, сейчас вспоминать эти книжки мне не хочется, это так давно было. Я практически не думаю о своих старых работах. Я до сих пор учусь рисовать, и мне это затянувшееся ученичество очень нравится.

— А что вы любите из своего творчества?
— Я люблю ощущение, с которым работаю — а вдруг сейчас получится что-то классное? И потом этот период, когда ты закончил работу и думаешь, наверное, неплохо получилось. Когда выходит книга, почти всегда испытываю разочарование, но потом она потихоньку исчезает из моей эмоциональной жизни. Мне нравится сам процесс, в этом нет самолюбования, мыслей об аллее славы, вкладе в искусство и прочей чепухе.

…Самое страшное — стать «Кобзоном от иллюстрации». Я люблю рисовать, и от этого получаю удовольствие!
— Владислав, над чем вы сейчас работаете и вообще, над чем интересно вам работать сегодня?

— Сейчас у меня в работе несколько детских книжек и пара пьес Шекспира, которые постепенно движутся с разной скоростью.

— Для души работаете, что-то для себя?

— Нет, все, что мне хочется делать, я воплощаю в иллюстрациях к книгам.
Иллюстрация В. Ерко к сказке Г. Х. Андерсена «Огниво»
— О чем мечтаете, какое произведение проиллюстрировать, может, что-то из любимых авторов?

— С любимыми хуже всего — не хочется их иллюстрировать. Бывают произведения, которые не нуждаются в иллюстрациях вообще. Как говорил Бах, «музыке не нужны костыли слов». Например, как я могу проиллюстрировать Паскаля Киньяра? Там нечего иллюстрировать! Иллюстрации ведь существуют для того, чтобы сделать чтение более эмоциональным. В случае с детскими иллюстрациями — экранизировать сказку с большей силой и эмоцией. Для меня в детстве это было очень важным, если мне попадалась книжка с хорошими иллюстрациями — я в нее влюблялся и безумно любил всю жизнь.
Иллюстрации В. Ерко к сказке Г. Х. Андерсена «Огниво»
Мы благодарим Владислава за интересную беседу и от души желаем творческих успехов! А еще с нетерпением ждем выхода новой книги — пьесы У. Шекспира «Ромео и Джульетта» на украинском языке в переводе Ю. Андруховича.

Иллюстрации предоставлены по разрешению В. Ерко
Комментировать Комментарии  2
HELP