Sign up

Скандальные случаи в музеях: Репин, Куинджи, обнаженные и журналисты проверяют систему на прочность

I like3 
Волна обсуждений музейных проблем началась с шумихи вокруг запрета проведения личных экскурсий в Третьяковской галерее. Дальше — больше. От повреждения картины Репина и кражи картины Куинджи на виду у публики до показательных эпатажных перфомансов с «обнаженкой» и внедрением сторонних объектов в экспозиции. Лейтмотив происходящего — «А что, так можно было?» Разбираемся, кем, как и почему пробуются на прочность музейные бастионы, и есть ли шанс на формирование цивилизованных музейных стандартов от норм поведения до организации безопасности объектов.
Первые ласточки «музейных скандалов» полетели летом 2018 года, когда в Третьяковской галерее произошло несколько инцидентов на тему «несанкционированных» экскурсий. Музей дискутировал с общественностью на тему «можно ли обсуждать произведения искусства в залах музея» и надо ли за это платить, если вы пришли посмотреть на картины компанией из нескольких человек. Еще и если кто-то в компании знает толк в искусстве. Основной груз пресечения подобных «неоплаченных» бесед лег на плечи смотрителей, которые были вынуждены оперативно докладывать руководству о подобных случаях. Третьяковка скандал погасила, провела общественные слушания и все-таки признала, что разговаривать с друзьями в ее залах — можно, но так, чтобы не мешать другим посетителям.
В самый разгар войны взглядов по вопросам экскурсионного обслуживания произошло новое ЧП — вечером 25 мая 2018 в Государственной Третьяковской галерее нетрезвый посетитель разбил стекло на картине Ивана Репина «Иван Грозный и его сын Иван 16 ноября 1581 года», больше известную под названием «Иван Грозный убивает своего сына». Используя металлический столбик ограждения, мужчина нанес повреждения самому полотну. Сотрудники музея и охрана задержали вандала на месте происшествия. Как тогда отметила гендиректор Третьяковки Зельфира Трегулова, «нас беспокоит, что существующее законодательство предполагает максимальное наказание для таких преступлений — штраф до 3 млн рублей и заключение максимум на три года. Мы бы хотели инициировать обсуждение ужесточения наказания за вандализм в отношении художественных ценностей». Сегодня галерея намерена взыскать с вандала 20 млн рублей — во столько музейщики оценивают реставрационные работы «Ивана Грозного». Музею очень повезло: в 2017 году поверхность картины сфотографировали в мельчайших подробностях, что существенно поможет при восстановлении полотна, прорванного в трех местах.
Источник: novayagazeta.ru. Фото: Агентство городских новостей «Москва»
Следующая проверка на прочность систем музейной охраны произошла в начале 2019 года: вечером 27 января с выставки Архипа Куинджи в Третьяковской галерее была похищена картина «Ай-Петри. Крым». Первыми о происшествии стали сообщать в соцсетях посетители выставки, на глазах которых невозмутимый мужчина вынул полотно из рамы и ушёл. Тот факт, что похититель не скрывал своего лица и не боялся попасть в объективы камер наблюдения (и на смартфоны других посетителей), поначалу давало основания надеяться, что это была не кража, а художественная или политическая акция. На это также наталкивала сама дата — похищение произошло в день рождения Архипа Куинджи. Наутро, 28 января стало известно, что картина найдена и 31-летний мужчина, подозреваемый в краже работы, задержан. «Ай-Петри» вернули в экспозицию, а Минкульт и Третьяковка всерьез задумались об охранных датчиках для каждого экспоната.
Происшествие повлекло за собой проверки, которые Министерство культуры устроило в четырех крупнейших музеях России — Эрмитаже, Русском музее, Музее имени А. С. Пушкина и Историческом музее. Естественно, были выявлены нарушения. Минкульт тогда заявил, что проблемы возникли из-за недоработок как самих музеев, так и охраняющих их подразделений Росгвардии.


Напуганные музейщики собрали волю в кулак и повысили меры безопасности. По крайней мере, заявили, что картины, которые ГРМ одолжил Третьяковке для юбилейной выставки Ильи Репина, поедут в Москву со специальным сопровождением и при повышенных мерах безопасности. Контракт музея с Росгвадией на охрану ретроспективы Репина оценен в 1 млн рублей.

Обеспечение должного уровня безопасности музеев взяли под особый контроль министр культуры Владимир Мединский и вице-премьер Ольга Голодец. За историю с кражей Куинджи Трегулова получила выговор — кому такое понравится? Было заявлено о введении осмотра на выходе из музея, а также о перспективах покупки рентгеновского оборудования, чтобы «избежать проникновения людей с опасными предметами». Директор департамента музеев Минкультуры Владислав Кононов выразил недоумение, узнав, что для временных экспозиций оснащать картины датчиками не обязательно и пообещал, что его ведомство в ближайшее время издаст соответствующие нормативные акты. Для выставки Куинджи на датчики было оперативно выделено 2 миллиона рублей.
По действующим договоренностям, за экспонаты отвечает сам музей, а сотрудники Российской Национальной гвардии обеспечивают безопасность граждан и не допускают вноса и выноса запрещенных предметов. Похитителя Куинджи удалось задержать при помощи видео с камер наблюдения, расположенных внутри и снаружи музея. Кража была глупая, наивная и какая-то отчаянная. Собственно, именно это стечение обстоятельств позволило оперативно найти шедевр. Но бывают такие моменты, когда ты сам — шедевр.

Фото: tuhimotofar / Twitter

Голый и прекрасный, выкрашенный золотой краской и в стрингах, неизвестный посетитель здания Третьяковской галереи в Лаврушинском переулке 20 марта осуществил неспешное дефиле по музейным залам. Свой протест чудак начал, скинув с себя одежду, после чего прошествовал по музею до зала Врубеля. Во время действа, которое пресс-служба музея позже обозначила как «перформанс», один из соучастников повесил на стену галереи некую картину. Охрана была вызвана, но к моменту ее приезда «злоумышленник» и его сообщники скрылись. В чем причина такого количества неприятностей вокруг Третьяковки? Как предполагают эксперты artinvestment.ru, самая вероятная из версий — большие деньги, связанные с поглощением и реконструкцией Центрального дома художника, в связи с чем некие силы пытаются дискредитировать нынешнего гендиректора Трегулову. А может, это и вправду такой себе «перформанс».

И последний «номер» из череды музейных происшествий — история с журналистами «Московского комсомольца», которые решили проверить, как работает охрана в Государственном историческом музее. На «дело» шли сплоченной группой из 8 сотрудников, изготовили фотографию в рамке, максимально вписанной в стилистику выставки «Николай II. Семья и престол». Однако на фотографии императрице Александры Федоровны добавили к вееру в качестве антуража… брелок тревожной сигнализации, какой имеется у каждого смотрителя музея. Задачи, которые поставили себе журналисты МК — повесить лишний экспонат на выставке в ГИМ незаметно для персонала и проверить, как долго он там провисит.
На фото — будущий «лишний экспонат» в экспозиции ГИМ (фрагмент). Фото: Мария Москвичева, МК. Источник.
Неугомонные последователи Бэнкси пронесли фотографию на выставку, а затем, отвлекая внимание смотрителей, приклеили фото в рамке к стене двухсторонним скотчем. Несмотря на наличие камер и смотрителей, операция журналистов прошла «успешно» — лишний экспонат был приклеен, никто на это внимания не обратил. Фото разместили в пятницу, 22 марта 2019, а исчезла она только в воскресенье, два дня спустя. «Возникают вопросы: как вышло, что пожилые люди стали последним, а может быть, и единственным реальным рубежом защиты от злоумышленников?» — вопрошают у читателей журналисты МК. — «Почему камеры и охранники превратились в бессмысленные предметы интерьера? Причем, просматривая видео уже постфактум, секьюрити очень быстро установили, что мы действовали сообща. Но почему же они не отследили это в режиме онлайн?»

Как написала в сети Фейсбук Глава управления по связям с общественностью Исторического музея Мария Лемигова, «то, что сделали сотрудники „МК“, вооружившись индульгенцией от главного редактора — гнусно и отвратительно. Цинично „позаботившись“ о судьбе смотрительниц, они не учли того, что возраст сотрудниц, мягко говоря, не юный. Сейчас они чувствуют себя просто разменной монетой, инструментом в чьей-то подлой провокации и дай Бог, чтобы их переживания обошлись без последствий.»
Посетители разглядывают странную фотографию и ничего не замечают. Фото М. К.: Елена Апрельская. Источник.
С одной стороны, такие эскапады мимо самого широкого круга различных музеев не пройдут — «засветиться» в очередном скандале никто не хочет. Уверены, что охрана экспонатов, с одной стороны, и граждан — с другой — будет усилена. Лишь бы все не сводилось только к карательным мерам для любителей искусства и не доходило до уровня строгих мер аэропортов — «сняли ботиночки, прошли в рамку, обувь на ленту транспортера». Это будет перебором. Изменить ситуацию может только нормальное финансирование всех государственных музеев, в том числе на разумное штатное распределение с отделами безопасности, приемлемые заработные платы для сотрудников.
Случаи вандализма и неадекватного поведения посетителей в музеях известна во всем мире, однако незащищенность объектов культурного наследия в музеях стран бывшего СССР, российских музеях, и связанные с этим происшествия в последнее время как-то уж слишком многочисленны. Министерство культуры РФ уже заявило о намерении создать собственный отдел безопасности, курирующий сохранность музейных коллекций.

Подготовлено по материалам meduza. io, mk.ru, artinvestment.ru, rbc.ru и собственным публикациям Артхива.
I like3 
 Comments
To post comments log in or sign up.