Регистрация

"След Орфея" в царстве Вакха: одесский микс

Мне нравится5       0  
Выставка работ современных художников, посвященная музыке, проходит в Музее коньячных дел Шустова. Хорошо пошла! Еще и в рамках фестиваля «Odessa Classics», совместно с музеем МСИО, под комментарии юной посетительницы с мамой, в сопровождении экскурсии, предвкушающей дегустацию. Маэстро, туш!
Художественный групповой проект «След Орфея» (кураторы — Евгений Деменок, Роман Громов): художники Оксана Мась, Олег Волошинов, Владимир Власов, Николай Овсейко, Альбина Ялоза, Андрей Бабчинский, Александр Дремов, Николай Лукин, Сергей Кононов, Франсуаза Оз, Богдан Перевертун, Евгений Величев, Дмитрий Эрлих, Анна Русакова, Ева Ятт, Ольга Ланник, Ольга Легкодухова, Елена Пронькина, Валентин Лапшин, Николай Карабинович, Александра Ромашко, Мария Шишкина представили свои визуальные «ноты» в искусстве
В Музее коньячных дел оживление: собирается плановая экскурсия, в рамках которой проходит и дегустация. Отдельная история — выставочный зальчик с экспозицией «След Орфея». Туда устремляется несколько человек, включая маму с дочкой лет 10-ти. Я оживляюсь: ну просто идеально для прогулки под знаком совриска: что там будет глаголить «устами ребенка»?

 — А зайти на выставку можно через бар! — советует симпатичная девушка, обилетившая группу. Вспомнилось что-то из сатиры Жванецкого, про экскурсию, которая заблудилась на просторах винзавода, и «начальника транспортного цеха». Еще бы: в воздухе ощутимо витает дух… нет, не коньяка, а почему-то портвейна. Спирт и сладость, над головой — почти бокалы, в поле зрения — бочки. Что ж, через бар, так через бар!

«Бетховен… ужас какой…» — увертюра мамы. Дитя безмолствовало, ошарашенное первыми видами канонизированных музыкальных «святых». Мы начали осмотр с левой половины зала. Это было моей ошибкой — раскаюсь позже. А пока в воздухе запахло «Апассионатой». В коридор просачивалась «коньячная» экскурсия. У ребенка назрел вопрос…

«Мама, это как икона?"
Оу, мама…
Это — «БОБ». От него сиянье исходит…
Современная поп-культура творит идолов. И чудеса.
(работа Александра Дремова, 2015)
Работы Ольги Ланник: вы кого-то узнали? Подписи — ниже. Судя по тонам, «Апассиониту» сменяет песня «Paint it Black» Rolling Stones
Из коридора доносятся слова экскурсовода: «…Поэтому так важен второй глоток…» Смотрю на Боба и Сида второй раз. Но мой взгляд ловит только Кит. Он похож на Джокера из фильма про Бетмена.

Заскучав в обществе Ликов, девочка устремляется к яркому пятну на другой стене. Останавливается.

 — А вот там, на полу, нарисована СОБАКА?!
 — Давай отойдем подальше, чтобы понять… Да, вроде бы собака… Интересная техника…
 — Мама, идем дальше.

Франсуаза Оз «Музыка, звучащая в пустоте» (2015, смешанная техника)

 — Это арфа! Такая маленькая… (прочитав название) …А-а-а, она в пустоте! А цепочки ее держат!

Мама, милая дама, не упускает возможности просветить ребенка, рассказывая ей вполголоса миф об Орфее (который с аргонавтами, и с лирой). А я вспоминаю пресс-релиз, где нашлось место и воспоминаниям о движении «Орфистов» в Париже, к которому некогда примкнул учившийся и в Одессе художник Владимир Баранов-Россине (1888 — 1944).

Он «…создал уникальное „Оптофоническое пианино“, тем самым сделав огромный вклад в историю искусства XX века. Но на этом одесские эксперименты не закончились, в 50-х годах легендарный одесский художник-график, а также искусствовед Олег Аркадьевич Соколов, который стремился к синтезу искусств, создал в Музее восточного и западного искусства клуб „Цвет, музыка, слово“ имени Чюрлениса, где художники размышляли об интерпретации музыки в живописи.
Одним словом, пришло время вновь оживить музыку в целом, визуализировать звуковые волны» — сказано о выставке. Идем-ка дальше, детка!
Дальше мама с дочкой разделились: ребенка совершено не интересовали обнаженные иносказания.
Я, лишь недавно просмотрев множество фото с выставки Эгона Шиле, наготе не пугаюсь, и честно пытаюсь понять — на чью мельницу воображения льет воду эта композиция? Но раз дама по-соседству остановилась — значит, льет. А подпись — «Без названия». Ява Ятт, 2015.

…Но где же ребенок? Как только мама присоединяется к просмотру следующей работы, дочка, успев накопить комплект впечатлений, выдает комментарии пачками.
Богдан Перевертун. «Музыка и муза», 2015, смешанная техника.
 — Это Алиса в стране чудес, но в наше время! Она съела кусок гриба «с той стороны» и стала маленькой, но появилась не в доме, а в куртке. А еще здесь левая и правая стороны одинаковые, потому что это еще и Зазеркалье! Ну, с кроликом все понятно, он, наверное очень плохо играет на трубе — видишь, ему уши затыкают? И Алиса с камертоном такая… все понимает и поэтому не слушает.

 — А кузнечик? — улыбается мама

 — А он в траве сидел!

…Мы все хихикаем, мама и дочка довольны, они, что называется, «на одной волне». Я тоже: правильные книжки читает ребенок!
Валентин Лапшин. «noise», 2015, смешанная техника.
 — Ну-у, я тоже так могу… просто краска растекается… И так — тоже (это уже о соседней работе): подумаешь, из блокнота листиков вырвать и наклеить, а посередине — какую-то открытку.

 — Но ты бы выбрала открытку с котиком, — улыбается мама

 — Конечно! — радостно соглашается юная любительница искусства.
В эту игру невольно включаюсь и я: «А у оленя здесь — усы! Может, это намек на Сальвадора Дали? Король сюрреализма!»
Анна Русакова. «Ритмы». Серия «Artbook», 2014
Бегло оглядев (почему-то наклонив голову — мы тут же повторили жест ребенка) отнюдь не «неВинную» даму, девуля оборонила: «А, это вином, а еще я видела в Интернете, кофе рисуют…» и надолго застряла возле следующих работ — линогравюр.

 — Как это сделано? И что там везде написано?
Ольга Ланник. «In vino. Intermezzo», 2015, индийская тушь, вино.

Альбина Ялоэ. «Music», 2009, бумага, линогравюра×
Линогравюра – одна из самых популярных техник печатной графики. Это способ получения изображения, при котором рисунок вырезают на линолиуме, толщиной до 3 мм, покрывают полученные контуры краской, а после делают их оттиск на бумаге. Техника возникла в конце XIX – начале XX века вместе с изобретением линолиума и позволила создавать масштабные гравюры.
читать дальше
 — Это такая… печать на афишах, на газетах…

 — Ясно, печать на печати. Ма, почему там все не по-русски?

 — По-немецки. Наверное, художница была в Германии, там ей понравилось, и еще там давние музыкальные традиции… Там, кстати, жил Йоганн Себастьян Бах, вон тот портрет, что дальше. Ты играешь его «Прелюдию»!
(справа) Александр Ромашкин. «Немного об авторе (II)», 2015, холст, масло

Экспозиция выстроена согласно неким правилам гармонии: две работы, два портрета — Бах и Чайковский, — напротив, а не рядом. «Наверняка ребенок и что-то из Чайковского играет, из «Детского альбома…» — подумала я, пока мама делала фото на мобилку: дочка рядом с «Петр Ильичом». Зачет!

Александр Ромашкин. «Немного об авторе (I)

Елена Пронькина. «Бесы. ОКР», 2014
Ох, не все работы на выставке — в мажорном ключе. Как эта трижды «картина в картине». Мама и дочка разглядывают ее молча. Младшая спрашивает о «желтых человечках», старшая отвечает: «Это, наверное, про тюрьму… Дома посмотрим, что такое ОКР.»
В голове крутится — ВОХР, НКВД… Дома посмотрела и я: «ОКР — обсессивно-компульсивное расстройство.»


Читаю дальше в Вики: «…характеризуется развитием навязчивых мыслей, воспоминаний, движений и действий, а также разнообразными патологическими страхами (фобиями)…"

Уж не страдают ли ОКР и эти «чернопилоточные пионеры»? Что-то коллективно-музыкальное бессознательное? Впрочем, судя по довольному виду, они им не страдают, а наслаждаются!


Николай Овсейко. «Оркестр», 2007

Поделиться   Поделиться  Поделиться  
Олег Волошинов. «Натюрморт с гитарой», 1972
И тут… Помните мой «поворот не туда — налево» в начале обзора? Так вот: направо бы пошла, успела бы сфотографировать и работу Оксаны Мась (и еще несколько ярких работ) до того, как разрядился фотоаппарат! Подвал все-таки — много энергии «съедает» попытка запечатлеть картины в красках… Зато у ребенка энергии — хоть отбавляй.

 — О, вот эта картина мне нравится! Она яркая, и они танцуют! А, нет, это «Морская фигура, на месте замри!"

Речь идет о небольшой работе Оксаны Мась (иллюстрация ниже). Мама тут же проводит образовательно-воспитательную работу, а я мысленно ей аплодирую. Молодежь в надежных руках!
Пабло Пикассо. Дон Кихот




— А помнишь, дома я тебе показывала картинку — «Дон Кихот и Санчо Панса», которых нарисовал Пикассо? Тоже чем-то напоминает…

Оксана Мась. «The Dance on the glass», 2000
(фото со страницы мероприятия в фейсбук)
Эдакие все же «Танцующие человечки»! Надо быть Шерлоком Холмсом или же очень увлеченным современным искусством человеком, чтобы распознать автора по этой работе. Мы-то знаем Оксану Мась по, простите, яйцам — проекту «Алтарь наций». Огромный, воспроизведенный из «крашенок», которые расписывали в 42 странах, Гентский алтарь, — арт-инсталляция в 2011 г. представляла Украину на Венецианской биеннале. Ну, а летом 2012 гостила в Одессе — отдельный шатер был установлен в самом центре города, на Греческой площади. Не выдержав, интересуюсь у мамы с дочкой, видели ли они «Алтарь…»? Конечно, видели!

 — Там еще было темно и музыка такая… страшноватая, с какими-то звуками… — вспоминает Даша.

Именно так, оказалось, зовут ученицу музыкальной школы и дочку своей матери-одесситки, моего спонтанного юного гида по выставке «След Орфея». Отличное знакомство! Причем во всех отношениях: и с экспозицией, и с культурными дамами.
Работы Владимира Власова (фото со страницы мероприятия в фейсбук)
В заключение Даша по собственной инициативе позирует для фото «с гитарами», вытянувшись между двумя картинами по стойке «смирно», и мы выходим из зальчика. Осмотр занял не слишком много времени: экскурсия дегустаторов все еще топчется в коридоре. «Вы должны почувствовать, как вас обволакивает…» — доносится гипнотический голос гида. Мы — почувствовали: обволакивает. Вакх, какая выставка, Орфей!
Let it Beatles! (работа Дмитрия Эрлиха, фото со страницы мероприятия в фейсбук)
Выставка «След Орфея» продлится до 10 июля.
Фото — автора (кроме отдельно указанных со страницы мероприятия в фейсбук)
КомментироватьКомментарии
HELP