Регистрация
#неделя японского искусства
  Японское искусство: тематическая неделя в Артхиве

Баухауз - утопия, которая состоялась

Мне нравится32  Поделиться    Поделиться    Твитнуть  В ОК  
«Не смотри туда, они из Баухауза!» — предостерегали добропорядочные матери своих юных дочерей. Они (студенты Баухауза) играли странную музыку по уикендам и купались нагишом по ночам, девушки стригли коротко волосы и носили брюки, а юноши отпускали длинные волосы и одевались как оборванцы. Баухауз изобрел современного длинноволосого студента художественной школы, у которого кроме непосредственных художественных экзерсисов и пленэров на повестке дня обязательно стоит: расшить сумку кельтскими узорами, выточить кулон из куска найденной во время прогулки неопознанной железяки, за ночь изобрести самый эргономичный дизайн чего-либо для очередного фестиваля или конкурса. И еще десяток важных дел по украшению и совершенствованию окружающего мира.
Высшая школа строительства и художественного конструирования Баухауз (Bauhaus — в переводе с немецкого «Дом строительства») была основана в Веймаре 25 апреля 1919 года. Сейчас термином Баухауз называют и объединение художников, которые преподавали и учились в этом учебном заведении, и определенный стиль в архитектуре, основанный на конструктивистском подходе.
До того, как появился Баухауз, у студентов художественных академий не было никакой возможности вырваться за пределы традиции: их обучение начиналось с истории искусства, рисования акварелей и копирования античных статуй. В Баухаузе начинали подготовительный курс с теории цвета и изучения фактур, создавали трехмерные структуры изо всего, что попадало под руку, на старших курсах играли спектакли из геометрических фигур, самостоятельно производили мебель для обустройства классов и строили дома для преподавателей. Один из студентов рассказывал, что его девушка тогда коротко подстриглась и он использовал ее волосы для одной из скульптур. Во времена депрессии, когда на профессиональные материалы не было денег, Йоганнес Иттен, преподаватель вводного курса, отправлял студентов на помойку: идите найдите что-нибудь интересное и попытайтесь понять природу этих вещей.
Буддист и мистик Йоганнес Иттен брил голову и ходил в монашеской одежде. Он разработал подготовительный полугодовой курс для студентов Баухауза. За это время они должны были успеть понять выразительный потенциал форм и цветов, материалов и рельефов, научиться контролировать свою творческую энергию и управлять эмоциями. Занятия начинались с дыхательных упражнений, практиковалось рисование с закрытыми глазами и рисование обеими руками.
Баухауз был мечтой, которая сбылась. Здесь захотели поставить настоящий эстетический эксперимент над миром вещей и ожидали не просто художественного, а социального переворота: окружающее человека пространство, созданное по законам искусства, должно поменять со временем самого человека.
На фото (слева направо): Джозеф Альберс, Хиннерк Шепер, Георг Мухе, Ласло Мохой-Надь, Герберт Байер, Юст Шмидт, Вальтер Гропиус, Марсель Брейер, Василий Кандинский, Пауль Клее, Лионель Файнингер, Гунта Штольцль, Оскар Шлеммер.

Преподавателями Баухауза были мастера-ремесленники и художники-авангардисты: созидатель иных художественных миров Пауль Клее, изобретатель абстрактной живописи Василий Кандинский, родоначальник геометрического театра Оскар Шлеммер. За время работы здесь все они создали собственные методики преподавания и разработали новейшие теории искусства. Труды преподавателей издавали тут же — они становились экспонатами серии «Книги Баухауза».
Василий Кандинский. Композиция VIII
Композиция VIII
Василий Кандинский
1923, 140×201 см
Баухауз был придуман сразу после Первой мировой войны, во времена глубокой депрессии, гиперинфляции и отчаяния. Саксонско-веймарская школа прикладного искусства не работала уже 4 года и нужно было ее оживлять и восстанавливать. Директором школы был назначен молодой архитектор Вальтер Гропиус, который получил в свое распоряжение еще и Высшую школу изобразительных искусств. Новая модель обучения художников-ремесленников будущего складывалась буквально сама собой.

В 1919 году Гропиус придумал новой школе название Баухауз — Дом строительства — и выпустил манифест, в котором описал основную идею:
«Высшая цель любой творческой деятельности — строительство! Ранее изобразительное искусство было подчинено великой архитектуре, и его благороднейшая из функций заключалась лишь в декорировании архитектурных сооружений. Сегодня изобразительное искусство и архитектура самодовольно не замечают друг друга, и это можно исправить лишь сознательным объединением усилий представителей всех ремесел. Архитекторы, живописцы и скульпторы должны вернуться к пониманию композитного характера строительства, как процесса в целом, так и в многочисленных его частностях».

Студенты Баухауза не просто создавали эскизы будущих функциональных вещей, а производили эти вещи. Для этого была разработана система мастерских: гончарной, текстильной, витражной, металлической, класс сценографии. Кроме того, студентов учили создавать настенную живопись, гравюру по дереву, а позже экспериментировать с фотографией. Тогда во всей Европе не было больше художественной школы, которая бы всерьез применяла в обучении авангардистские идеи.
За 14 лет Баухауз сменил три адреса. В Веймаре было прекрасно и свободно, потому что это самый артистический город Германии, здесь Баухауз был признан и принят. В Дессау было грандиозно, потому что здесь для школы построили специальное здание и устроили изнутри все по собственным проектам и в соответствии с главными идеями: общежитие для студентов, мастерские, театральный зал, столовая, дома преподавателей. В Берлине было совсем недолго и страшно, потому что именно сюда в 1933 году пришли национал-социалисты, чтобы закрыть Баухауз и вышвырнуть из окон школы инструменты и «дегенеративные» произведения студентов и преподавателей.
Все основные тренды современной архитектуры XXI века были открыты почти столетие назад: балконы общежития Баухауза и дом, построенный в Дессау для проживания преподавателей.
Функциональность — это определение, которое впервые прозвучало в стенах Баухауза и по сей день без него не обходится ни один спор об архитектуре, промышленном и городском дизайне. Но в начале 20-х годов простые формы предметов, производимых в мастерских Баухауза, потрясали. Потому что это были мебель, посуда, здания, гобелены, ковры, изготовленные смелыми, революционными художниками. Экспериментальный дом Haus am Horn, построенный в Веймаре на территории пришкольных огородов, стал символом и архетипом чистой функциональности. На первой выставке Баухауза, устроенной для демонстрации достижений школы в 1923 году, Haus am Horn стал главным экспонатом. Металл во многих элементах мебели заменял дерево, декоративность больше не работала по старым принципам — новым эстетическим ресурсом стали линии, геометрически четкие формы, насыщенные чистые цвета. Здесь была кухня, больше напоминающая лабораторию, где каждая вещь соединяла в себе несколько функций, где вся утварь была лаконичной и идеально расположенной в пространстве. Эта кухня была не для беседы за чашкой чая, а для быстрой и максимально комфортной работы. Здесь была самая настоящая Икеа.
Некоторые экземпляры мебели, произведенной в мастерских Баухауза, стали воплощением художественных, композиционных, колористических идей его лидеров. Так и получается, что знаменитая детская колыбель, ковер по эскизам Клее и стул «Василий» — это не те вещи, на которых сидят, лежат и топчут, а произведения искусства, которые хранят в музеях.
Когда Вальтер Гропиус объявил, что студентом Баухауза может стать каждый, он не ожидал, что здесь будет столько женщин. За всю недолгую историю школы их было приблизительно столько же, сколько и юношей. И ладно бы там гобелены рисовали и керамику создавали, но не тут-то было. Марианна Брандт, например, поступившая в Баухауз уже будучи серьезной дамой слегка за 30, специализировалась на металле и разработке систем освещения. Ее металлические чайные сервизы до сих пор производит итальянская компания Alessi (фото внизу).
Еще одна программная idée-fix Баухауза, основа основ и цель развития — это синтез искусств. А в дальнейшем — синтез техники, науки и искусства. Преподаватели школы не вещали с кафедры о найденной однажды и навсегда истине, они искали эту межкультурную, междисциплинарную истину вместе с учениками. Не удивительно, что период чтения лекций и ведения мастерских в Баухаузе стал временем невероятно мощного вдохновения для Василия Кандинского, Пауля Клее, Оскара Шлеммера, Герхарда Маркса и временем создания теоретических работ. Одним из самых потрясающих проектов Баухауза стали сценические постановки Шлеммера. Папье-маше, картон, металл — из всего этого вырастали и оживали 18 геометрических статуй-танцоров, которые решали на сцене метафизические вопросы о слияния человека и мира, частного и общего. Это было первое в истории искусства действо, которое органично вписало фигуры танцоров в декорации, которое вывело авангард×Малевич, «изобретая» супрематизм, в мастерскую никого не пускал. Единственным исключением была художница-авангардистка Александра Экстер. Некогда жительница Киева, переехав во Францию, она преподавала в школе Фернана Леже, создавала «модельную» одежду, и после долгого забвения ее картины сегодня ценятся «на миллион». Наш небольшой экскурс – по киевским маршрутам «амазонки русского авангарда». читать дальше на сцену. Слияние музыки, цвета, формы, движения, света, механики и архитектуры сцены.
На фото слева и верху — актеры «Триадического балета» Оскара Шлеммера, 1922 год.

Видео — фильм «Триадический балет» 1970 года, воссоздающий сценические эксперименты Шлеммера.
В Баухаузе проводили концерты современной музыки — Кандинский и Клее отыскивали самых смелых экспериментаторов в Лейпцигской консерватории и тащили их играть к своим студентам. Заканчивался концерт — перегородку между столовой и залом со сценой убирали — и уже начинали танцевать в невероятных масках Шлеммера. Здесь устраивали фестивали различных материалов и форм. Например, для всей школы объявлялся фестиваль металла: студенты вдохновлялись возможностями и невозможностями материала и создавали свое собственное новаторское произведение. Собственное видение и индивидуальность — это то, что ценили в студентах Баухауза.

Собственное виденье и индивидуальность — это то, чего не могли допустить национал-социалисты, оказавшиеся у власти сначала в Веймаре, а в начале 30-х годов добравшиеся и до Дессау. Большинство преподавателей Баухауза стали героями знаменитой выставки «Дегенеративного искусства» и потеряли надежду на какое бы то ни было будущее в своей стране. Пришло время идеям Баухауза эмигрировать в Америку.

Главное фото в материале: Оскар Шлеммер. Лестница Баухауза. 1932 г.


Автор: Анна Сидельникова
Понравилась статья? Поделитесь с друзьями
Мне нравится32  Поделиться    Поделиться    Твитнуть  В ОК  
HELP