Регистрация
Тематическая неделя • 24-30 июля
Айвазовскому - 200 лет
15 статей
Вадим Николаевич Гуляев
Вадим Николаевич Гуляев
Вадим
 Николаевич Гуляев
Россия 1890−1943
Подписаться0             
Подписаться0             
Биография и информация
 

Кто он? Он — художник в широком смысле этого слова, и не только по профессии. В. Гуляев родился в 1890 г. в городе Барнауле Алтайского края. Его дед, Степан Гуляев — крупный собиратель былин и сибирских сказаний. Отец — Николай Степанович — служащий, увлеченный краевед, занимался этнографией, историей, археологией. Собранные им предметы старины вошли в собрание Алтайского музея. Н. С. Гуляев сыграл большую роль в формировании художественного мировоззрения не только своего сына Вадима, но и его товарищей, которые оставались друзьями и сподвижниками до конца своих дней.

Деликатный и немногословный, Вадим Николаевич был одержим «бесом» сатиры, что прорывалось в кpугy близких ему людей актерскими костюмированными постановками, каскадом острот во время застолья или в эпистолярном жанре и графических набросках. Да и взглянуть на его портрет: это затишье стреноженной силы. В Узбекистан В. Гуляев впервые попал после окончания фельдшерской школы при мобилизации в армию в годы первой мировой войны. В 1915 г. служил в Катта-Кургане, в 1916 г. был переведен в Самарканд. С 1926 г. В. Гуляев постоянно живет в Узбекистане. Он — один из инициаторов создания в Ташкенте художественного объединения «Мастера нового Востока», в составе которого были М. Курзин, А. Волков, А. Николаев (Усто Мумин), В. Маркова, М. Гайдукевич и др. Объединение действовало в течение нескольких лет и имело напряженную художественную программу.

У. В. Гуляева был большой опыт организационной работы на Алтае и в других местах Сибири. Он проводил выставки и участвовал в них с 1912 г., был одним из инициаторов создания Алтайских губернских художественно-технических мастерских, художественного музея и художественной школы, инструктором отдела охраны памятников искусства и старины. Единомышленники В. Гуляева — Михаил Курзии и Елена Коровай, как и он, во второй половине 1920-х переехали в Узбекистан. В 1907 — 1911 гг. В. Гуляев учился в Казанском художественном училище. Казань была тогда крупным художественным центром. В разные годы среди ее учащейся молодежи были такие известные впоследствии художники двадцатого века, как Г. Лукомский, Д. Бурлюк, В. Степанова, А. Родченко, М.Курзин. В 1912 г. Гуляев ушел из училища, чтобы продолжить занятия в студии И. Машкова в Москве. Он находился там в течение года. В. Гуляев коллекционировал живопись и рисунки. В разнообразии имен художников, картины которых приобретай В. Гуляев, сказались точки пересечения дорог Гуляева-студента, Гуляева-путешественника, Гуляева-художника. Редкие произведения А. Явленского и Д. Бурлюка, плакаты В. Маяковского и М. Черемныха попали к нему буквально «из первых рук», а после смерти Вадима Николаевича были приобретены Государственным музеем искусств Узбекистана у его вдовы.

В.Гуляев и М. Курзин работали трафаретчиками в «Окнах РОСТА». Этот факт, как штрих, имеет отношение к истории ценных экспонатов, долгое время находившихся в постоянной экспозиции ташкентского музея. Гуляев интересен тесными связями с такими художниками, как Усто Мумии, Курзин. Его душевные, творческие, деловые контакты носили всегда печать особенности его личности, «лаборатории» его духа и творчества. Вне их, вне его деяний, судить о нем мало, без них — невозможно. Он буквально растворился, дематериализовался в организаторской деятельности, влюбленности в предмет своего посвящения творцам искусства. С Гуляевым связаны «Горные походы» художников (1935 — 1937 гг.). Горные походы зафиксированы его фотокамерой. Ему же принадлежат фотопортреты Михаила Курзина, народных мастеров из Ура-Тюбе.

В.Гуляев принимал участие в организации графической мастерской в Ташкенте. Приверженность к графике у Гуляева особенная. Он работал как фафик сам и изучал, оттачивая ориентир, образ графического искусства нового времени. На примере Курзина — Гуляева видно, сколь значительно проникновение Гуляева в мир искусства, стихию творчества, таинство природы претворения. Он весь — в процессе созидания, скрытно-нежном отношении к товарищам, в призвание которых верил. И это окрыляло художников. Известный фафик народный художник Узбекистана В. Кайдалов подчеркивал, что Гуляев подтолкнул его интерес к гравюре и подарил первые штихеля для работы.

Вадим Николаевич любил графику во всем ее разнообразии — карандаш, тушь, силуэтные и тоновые оттиски, цветные мелки, акварель. Он видел в ней искусство первородства, с нее — с листа бумаги и разбега линии начинаются архитектура, скульптура, картина. Она — само ценность во всем — наброске, эскизе, рисунке. Здесь дыхание листа — в унисон дыханию творящего, здесь рождение образа, интимность творчества. В подлинной графике всегда просторно, есть ощущение внутреннего полета, заложенное художником в процессе созидания. Такое впечатление складывается при обзоре его блокнотов, собираемых им произведений А. Николаева (Усто Мумина), М. Курзина, Н.Чевалкова.

В.Гуляевым были «изданы», став спустя полвека музейной редкостью, подборки рисунков, гравюр и стихов его товарищей. Книга оставалась в одном экземпляре, сделанном от руки, но главным для него было завершить ее макет, проставить даже издательские данные и цену. Выдумка, озорство, интеллектуальная изобретательность! Так были «изданы» авто трафареты М. Курзина «Китайский театр», подборка гравюр В. Карева, В. Гуляева и Н. Чевалкова, «Артгор Рембо» Л. Мартынова, В. Гуляева и Е. Коровай в 1920-е годы в Омске и Барнауле. В Узбекистане с работой Гуляева-графика связана деятельность издательства «Кизил Узбекистан», журнала «Гулистон», республиканских газет. Он являлся зав. художественной частью редакций и был направлен в Москву для изучения технических процессов печати и передачи опыта предприятиям Узбекистана. Это 1930 — 1938 гг.

В 1931 г. он поступает на заочное отделение Московского полиграфического института. Графическая мастерская открылась уже без него. Далеко от Ташкента, «неизвестно где» для большинства, был ее вдохновитель. Но мастерская получила жизнь. В ней были изданы первые довоенные серии литографий В. Рождественского «Из прошлого Узбекистана», Л. Зиле «Старый быт», В. Кедрина «Чирчикстрой». Здесь же позднее был налажен выпуск альбома литографий «Художники Узбекистана о Великой Отечественной войне».

Вес это время В. Гуляев жил в Туринске на Урале. Его арестовали в Москве во время работы нац оформлением павильонов Средней Азии ВСХВ, предъявив политическое обвинение по ложному доносу. По этому же делу проходили А. Конобеев из Глав искусство, Усто Мумин и др. Надеясь на скорое освобождение и восстановление справедливости, В. Гуляев пишет домой: «…Я бы предпочел сейчас лучше писать пропыленный, залитый солнышком кишлачок где-нибудь под Ташкентом. Даже как-то во сне ездил опять с Бондаровичем в Зенги-Ата. Ах какое это чудесное местечко». Он рисует на маленьком листке горы, над ними — дождь, еще выше — солнце и летящую птицу с широким размахом крыльев и вкладывает в письмо: «С нетерпением жду осени и свободы, но об этом писать, конечно, нечего, это и так понятно».

В. Н. Гуляев умер в 1943 г. в Туринске Свердловской области. В памяти о нем переплелись лирика его пейзажей, вдохновение и воля организатора, его увлеченность человеком и природой. Его наследие художника и фотомастера, историка искусства, продолжает излучать живую мысль во имя творчества.

Статья: Рельеф памяти

Автор: Римма Еремян

Читать дальше

HELP