Регистрация

Музы из сберкасс и дым отечества белорусского художника Валентина Губарева: беседа об иронии, вдохновении и философии

Мне нравится10       0  
Сатира на повседневность родных просторов, теплая чеховская ирония над маленьким человеком и эстетика «неразвитого социализма». Картины Валентина Губарева, считавшиеся «неуместными» в перестроечное время в России и Белоруссии, спустя годы начали во Франции вызывать ажиотаж, и не снившийся «выброшенной» в советском магазине «докторской»! Однако менять белорусскую прописку на заграничную художник не стал: вид из окна минской студии, подслушанное и подсмотренное в очередях и трамваях вдохновляет его гораздо больше заморских далей. Чем? А вот сейчас и узнаете!

— Валентин, расскажите о своей карикатурной манере: как давно к ней пришли, какие творческие эксперименты этому предшествовали?

— У меня совершенно типичный для художника путь — рисование с детства, изостудия при Доме пионеров, гипсовые орнаменты, Венера Милосская, Сократ, Давид, натюрморты с восковыми яблоками и кувшинами, чучело сороки. Желание было одно: нарисовать «так, как есть на самом деле», чтобы было похоже.


«Когда к иронии добавляется гротеск — это пугает. Спокойнее, когда предмет искусства вызывает у зрителя лишь блаженно-утробное удовольствие"
Потом ступенька выше — изостудия во Дворце культуры, которую посещают и взрослые. Там узнаю о Художественном училище, в которое вскоре поступаю. Здесь уже царит атмосфера настоящего храма искусств: важные преподаватели, обнаженные пожилые натурщицы, масляные краски, горячие споры и творческие муки. Но задача остается та же — добиваться сходства в неизменно реалистической манере. И на втором курсе обучения создание механического правдоподобия стало меня угнетать. Тем более, что к этому времени я открыл для себя неизведанные до ныне пласты иной художественной эстетики и новые имена. Импрессионисты и постимпрессионисты — это открытие оказало на меня большое воздействие. Вплоть до поступления на факультет графики Московского полиграфического института, я с энтузиазмом принялся осваивал живописную манеру Мане, Писсаро, Сезана, а затем Ван- Гога, Матиса и Ренуара. Потом плавно перешел к кубистам, к Браку и Пикассо. А время поступления в ВУЗ совпало с увлечением экспрессионизмом.
Сейчас я понимаю, что так продолжался путь моего самообразования и поиска своей собственной творческой харизмы.

— В одном интервью Вы упоминали об эпизоде, когда на Ваши работы поставили клеймо «неуместной иронии». Как Вы думаете, почему ее назвали неуместной и стала ли она уместной сегодня?

 — Ирония во все времена настораживает чиновников. Так было и так будет всегда. А когда к иронии добавляется гротеск — это пугает. Спокойнее, когда предмет искусства вызывает у зрителя лишь блаженно-утробное удовольствие.

— Но и среди гротескных работ ваши — не пугают, по крайней мере, зрителя: и в провинциальной жизни — свет, и какие-то неожиданные моменты в обыденном сюжете. Скажите, вы намеренно задумываетесь над такой подачей?

— Если писать картины — это искусство, то вот вычленить из банального небанальное — это большое искусство. Возможно, такова сама по себе способность — увидеть, разглядеть в, казалось бы, тривиальной ситуации нечто неуловимое, мимолетное… Или наоборот — настолько привычное, что уже никто этого не замечает.
«…мои персонажи на картинах — это люди из обычной жизни. У некоторых немного не хватает счастья, но они об этом даже не подозревают»

Валентин Губарев. Сюжет №5
— Рассматривала Ваши работы, и вспомнилась «Москва-Петушки»… Где Вы черпаете материал для изображения жизни человеческой — путешествуете в электричках? Наблюдаете за игроками в домино и сплетничающими продавщицами?

— Да, мои персонажи на картинах — это люди из обычной жизни. У некоторых немного не хватает счастья, но они об этом даже не подозревают. Я сам люблю таких людей, простых и добросердечных, готовых помочь и сострадать, не умеющих лицемерить и интриговать.

— Не могу удержаться от «тривиального» вопроса: на Ваших картинах женщины всегда изображены пышечками — это личные предпочтения?

— Я, как и 86 процентов мужчин, обращаю внимание на женщин с формами, которые как раз и отличают женскую фигуру от мужской. Женщина должна быть женственной! И на мои картины попадают не девушки с модельных подиумов, больше похожие на лыжные палки, а именно те дамы, которых я встречаю в сберкассе, в метро, в супермаркете. Плюс — небольшой гротеск.

«…пишу только то, что нравится самому. Это такой честный и самозабвенный процесс, как песнь какой-нибудь лесной пичуги. А уж если анализировать, то будет ясно, что обращено все к нашему зрителю. Потому что он узнает там свой дом, свой забор, своё первое свидание, своё звездное небо над головой. А главное, — он узнает там себя"
Валентин Губарев родился в 1948 году в Нижнем Новгороде, учился в Московском полиграфическом институте, а с 1975 года живет в Минске. В 1993 в квартире художника раздался телефонный звонок: французские галеристы пригласили приехать с персональной выставкой. И понеслось: Швейцария, Германия, Британия, США…

— Как Вы думаете, насколько иностранцы с их менталитетом понимают Ваши работы? Отличается ли отношение к работам в России, Белоруссии и за границей?

— Надо сказать, что отношение к искусству иностранного зрителя и нашего, отечественного, имеют некоторые отличия. Наш зритель приходит на выставку изобразительного искусства с недоверием и скептическим настроением. Иностранец — с восторгом и полным доверием. Поэтому и мою живопись принимает с любопытством и доброжелательностью.
«…жизнь коротка. Чистые помыслы, праведные поступки и любовь в сердце — это то, что делает её не случайной»

— Валентин, не ловите ли Вы себя на том, что создаете работы, которые потенциально могут стать диковинкой для иностранцев?

— Никогда в жизни меня не скребли эти глупые предположения, но вопрос привел меня к мысли, что я счастливый в творчестве человек. Потому что никогда не работал учитывая чьи-то интересы, вкусы и финансы. В этом плане я совершенно безответственный, пишу только то, что нравится самому. Это такой честный и самозабвенный процесс, как песнь какой-нибудь лесной пичуги. А уж если анализировать, то будет ясно, что обращено оно прежде всего к нашему зрителю. Потому что он узнает там свой дом, свой забор, своё первое свидание, своё звездное небо над головой. А главное, — он узнает там себя.

— Скажите, а в творческом процессе сегодня нет ли ощущения погрязания в «эпохе неразвитого социализма»? Ведь все течет, все меняется, Родина уж не та… Или та?

-Мне нет нужды заглядывать в календарь и читать передовицы газет. Для меня Родина — это не новые троллейбусы, пункты обмена валюты и Лолита Милявская. Для меня Родина — это то, что непреходящее, это то, что всегда в ней, где любят и ревнуют, как всегда, где на берегах туманных озер по-прежнему сидят рыбаки, а на лавочках по-прежнему целуются парочки… Это то, где прошло моё детство и юность. И это всё мне дорого и в этом я черпаю вдохновение. Родись я на Кавказе, — писал бы горы, а жил бы у моря — стал бы маринистом. Другими словами, — это экологически чистое искусство основанное на личных переживаниях.
— Причем весьма глубоких…

— Искусство — это не спорт и не кулинария. Именно только «погрязнув» глубоко, можно чего-то стоящего добиться. Построить мост без опор, решить архисложную теорему, создать направление в живописи. Левитан погряз в пейзажах, и в истории искусств он останется как непревзойденный пейзажист. Художник всю жизнь может писать только цветы, не угнетаясь мыслью, что до него во все века это уже делали.
«…галерея обратит внимание на художника с терпкой творческой харизмой, который прокладывает свой путь в безбрежном океане современного искусства»

Валентин Губарев. Сюжет №4
Валентин Губарев. Сюжет №12

— Тогда скажите, кто ваши любимые художники сегодня?

 — Мне нравится творчество многих художников, как далекого прошлого так и современности. Назову несколько имен: Вермеер, Ван Эйк, Рублев, Леонардо Да Винчи, Люсьен Фрейд.

— А когда Вас называют «белорусским Брейгелем», соглашаетесь?

— Пусть называют, как хотят. Пусть Брейгелем, пусть Петровым-Водкиным… Делай свое дело и гуляй смело!

— Возвращаясь к теме времени и места, интересуемся вашими нынешними реалиями: как сейчас складываются Ваши «художественные отношения» с Францией и дальним зарубежьем? Выставляетесь ли сейчас в России и Белоруссии?

— В 1995 году состоялась моя первая персональная выставка во Франции. А в конце 2015 года в Париже состоится моя юбилейная выставка, посвященная 20-летнему юбилею моего сотрудничества с французской галереей. Тем не менее, за эти годы удалось показать свои картины и в других странах. в Украине, в Швейцарии, в Германии, Австрии и т. д. Несколько персональных выставок прошло в Белоруссии.
— Выставлялись ли Ваши картины на аукционах и каковы результаты?

-У меня был успешный опыт участия в крупных аукционах Европы. Среди них отмечу продажу картин на аукционе «CHRISTIES» в Лондоне, а также «DROUOT RICHELIEV» в Париже.

Мужик в растянутой майке подтягивается на турнике в провинциальном дворике, а другой, в костюме и галстуке, покидает обитель любовницы через окно. Простые люди, где-то недолюбленные, где-то недопонятые на праздниках и поминках, в одиночестве и за шумным застольем… Вряд ли найдутся те, кто не узнает в героях этих картин соседа, одноклассницу, а может быть даже себя. Имеющий чувство юмора да оценит!

— Нередко после выставок или новостей о продажах на престижных аукционах художник получает выгодные заказы. Валентин, создаете ли Вы работы на заказ, и, как считаете, насколько это вредит или полезно художнику?

— Лично я не люблю работать по заказу. Наверное, просто избалован тем, что есть возможность воплощать в жизнь свои мечты и идеи. Поэтому работа и приносит мне удовольствие. Но чтобы с удовольствием работать над заказной темой, надо полюбить её как свою, а это не всегда удается. Ну, а сама по себе «работа на заказ» отнюдь не вредит самому художнику — наоборот, обогащает его новым опытом и дает средства на существование.
— Признаться, не ожидала услышать столь позитивную коммерческую формулу от вас, «чистого художника»! И, похоже, Валентин, ваше отношение к жизни в целом мрачным не назовешь, не так ли?

— Моя жизненная философия вообще немудреная: жизнь коротка. Чистые помыслы, праведные поступки и любовь в сердце — это то, что делает её не случайной.
— Можете ли вы рассказать о своей семье — кроме вас, кто-то пошел по творческой части?

— Я женат и у меня двое сыновей. Младший пошел по моим стопам и закончил Художественную Академию в Чехии.
Валентин Губарев. Сюжет №14

— Скажите. сложно ли быть художником сегодня и почему?

— В принципе, доля художника как и была — так и осталась. Просто одного диплома об художественном образовании недостаточно: необходим подлинный талант. Государственных заказов очень мало и достаются они тем, кто доказал, что умеет хорошо делать свое дело. А галерея обратит внимание на художника с терпкой творческой харизмой, который прокладывает свой путь в безбрежном океане современного искусства.

— Мы желаем и вам успешного «плавания» — большое спасибо за интересную беседу. Надеемся и на репортаж с будущей выставки во Франции!
Валентин Губарев. Сюжет №14
Валентин Губарев
XXI век
Валентин Губарев. Сюжет №16
Валентин Губарев
Валентин Губарев. Сюжет №20
Валентин Губарев
XXI век
Валентин Губарев. Сюжет №21
Валентин Губарев
XXI век
КомментироватьКомментарии
HELP