увійти
опублікувати

Пьер Огюст
Ренуар

Франция • 1841−1919
Пьер Огюст Ренуар (фр. Pierre-Auguste Renoir, 25 февраля 1841, Лимож – 3 декабря 1919, Кань-сюр-Мер) – французский художник-импрессионист, который редко бывал на пленэре, игра света и солнечные пятна были интересны ему, когда падали на нежную женскую кожу или на золотистые волосы ребенка. Ренуара всегда интересовали люди – и все главные принципы импрессионизма он реализовал в портретах своих родных, друзей, состоятельных заказчиков, любимых моделей, иногда – известных и влиятельных, иногда – случайно встреченных и уже давно забытых.

Особенности творчества художника Пьера Огюста Ренуара: эмоциональность, мимолетность, быстрый живописный набросок, создаваемый по первому впечатлению – все те задачи, вокруг которых были сосредоточены поиски всех художников-импрессионистов, Ренуар решал в масштабных многофигурных картинах и в камерных семейных портретах. Постоянно отыскивая художественную истину, он в разные периоды жизни кардинально меняет манеру письма и пробует новые колористические решения: то сосредотачивается на четкости рисунка, то отказывается от светлой палитры в пользу насыщенно красной или многоголосой черной.

Самые известные картины Пьера Огюста Ренуара: «Бал в Мулен де ла Галетт», «Завтрак гребцов», «Портрет Жанны Самари», «На качелях», «Зонтики», «Портрет госпожи Шарпантье с детьми».

Ренуар ничего не смыслил в живописи, его больше интересовали женщины, дети и розы. Он терпеть не мог теорий искусства и «интеллектуалов». Бывало, в поезде к нему подсаживался пытливый попутчик и, опознавая художника по снаряжению, заводил серьезные разговоры о живописи. Ренуар выходил из себя, иногда даже начинал грубить. Однажды он выпалил такому любопытному: «Извините, я ничего не смыслю в высоком искусстве, я работаю в порнографическом жанре».

Когда в Лондоне одну из его картин при продаже назвали «Размышление», Пьер Огюст Ренуар искренне расстроился: "Эти пройдохи - торговцы картинами - отлично знают, что публика сентиментальна. И они присвоили моей бедной девушке, которая, как и я, тут бессильна, препротивное имя. Они назвали ее "Размышление"". И добавлял: "Мои натурщицы не размышляют!"

В юности Ренуар зарабатывал невиданные для своего возраста деньги росписью посуды и рисованием библейских сюжетов на шторах, а Шарль Гуно прочил ему карьеру оперного певца, но он всегда упрямо занимался только тем, что приносило ему удовольствие. И живопись оказалась для него главным источником радости.

В поисках радости

Свои первые рисунки маленький Пьер Огюст Ренуар делал на полу дома портновским мелком. Отец ворчал, когда не находил на своем рабочем верстаке мелков, но увлечение сына поддерживал – надеялся, что оно будет полезным в выборе профессии. По вечерам с верстака убирали выкройки, нитки и иголки – и на ночь устраивали здесь постель для юного рисовальщика.

У Огюста было в детстве два костюма, он спал на отцовском верстаке и целыми днями носился с мальчишками по улицам, а лучше всего успевал на уроках пения. Его голос был так хорош, что регент церковного хора, молодой и еще никому не известный композитор Гуно, выделил Ренуара среди других юношей, занимался с ним отдельно, убеждал родителей дать сыну музыкальное образование и обещал устроить в оперный хор.

Но тут как раз появилась возможность обучиться ремеслу – и Ренуар, не раздумывая, выбрал ремесло. 13-летний Пьер Огюст стал художником по фарфору и заставил изрядно помучиться своего патрона, владельца мастерской фарфора господина Леви. «Мальчишка… а зарабатывает такие деньги!» - причитал тот. Хозяин и снижал плату, и переводил Огюста на сдельщину, но Ренуар работал так быстро и мастерски, что через некоторое время заработал денег на дом для своей семьи. Ту же неестественную скорость работы и сноровку 17-летний Ренуар проявил и на новом месте работы – в мастерской по росписи штор, а потом так же лихо расписал пару десятков кафе в Париже, куда посетители потом приходили любоваться стенами, забывая напрочь о выпивке.

К 20-ти годам Пьер Огюст Ренуар понял, что будет художником и что заработанных за ремесленные годы денег ему хватит, чтобы самостоятельно оплатить обучение в школе Глейра. Сбережений хватило как раз чтобы прожить времена студенчества, и оказалось, что заработать живописью, да еще и революционной, не так просто, как портретами Марии-Антуанетты на тарелках.

В поисках счастья

«В нем есть что-то от девчонки», - шутил о Ренуаре Сезанн. Эмоциональный, застенчивый, искренний, невысокий и хрупкий, Ренуар не производил неизгладимого впечатления при первом взгляде. Но его беззаветно любили все, кому посчастливилось узнать художника поближе, особенно женщины. Он отвечал им взаимностью, чувствовал себя в окружении женщин счастливым: «Женщины все отлично понимают. С ними мир становится совсем простым. Они приводят все к своей подлинной сущности и отлично знают, что их стирка не менее важна, чем конституция германской империи».

Но любовь всей своей жизни Пьер Огюст Ренуар встретил, когда ему было уже 40. Когда уже позади были годы безденежья и отчаянной бедности, позади были азарт и воодушевление первых выставок импрессионистов и лавины критики. Уже погиб на франко-прусской войне один из самых близких друзей Фредерик Базиль, а со вторым – Клодом Моне – были исхожены сотни километров и написаны десятки пейзажей бок о бок, практически с одной точки зрения.

К тому времени Пьер Огюст Ренуар уже встал на ноги и познакомился с арт-дилером Полем Дюран-Рюэлем, который первым начал покупать картины новых и пока не понятных современникам художников-импрессионистов. А человек с удивительным художественным чутьем, коллекционер Виктор Шоке уже стал одним из ангелов-хранителей и заказчиков Ренуара.

Алин Шариго была на 20 лет младше, но появилась в его жизни так, как будто все это время была рядом. Самый чуткий биограф художника, сын Жан, заметил, что задолго до встречи Ренуар уже рисовал свою будущую жену – ее черты угадываются во многих ранних женских портретах. Ренуар давно намечтал себе Алин, лакомку, женщину-кошку, с нежной кожей, «которая не отражает свет». Алин родилась в крестьянской семье, в Париже зарабатывала на жизнь шитьем, смотрела на жизнь просто и здраво – и потому она ясно видела, что Огюст создан для того, чтобы писать. И сделала все, чтобы обеспечить мужу душевное спокойствие, дружеские встречи и необходимое общение. Когда родился первый ребенок, жена посоветовала Ренуару снять мастерскую отдельно от дома, чтобы кричащий малыш не отвлекал от работы. А когда больной ревматизмом Ренуар впервые не смог встать на ноги, Алин ехала за инвалидной коляской в Ниццу и по дороге впервые за время жизни с Огюстом плакала.

В поисках себя

Пьер Огюст Ренуар никогда не связывал себя художественными принципами – он писал то, что хотел, и так, как хотел. Он смело менял палитру, сокращая количество цветов и, строя колористическое впечатление на контрастах, в какое-то время он отказался от импрессионистических фигур, сливающихся и растворяющихся в окружающем мире и начал писать графически точные контуры, заполненные ровным красочным слоем, для некоторых работ использовал всего две краски. Он принял участие всего лишь в четырех выставках импрессионистов из восьми, а в чистой импрессионистической манере работал от силы лет 10. Он всегда был больше стилей и теорий.

Только в 1890-х годах на Пьера Огюста Ренуара обрушилось признание и слава: персональная выставка художника у Дюран-Рюэля вызвала восторг зрителей, а картина «Девушки за фортепиано» уехала с выставки прямо в Люксембургский музей в Париже. К концу жизни Ренуар увидел свои картины рядом с полотнами великих мастеров: в Лувре, в Национальной галерее Лондона и в других музеях. В сельский дом Ренуара приезжали люди, бедные и состоятельные, скандинавы и японцы, чтобы выразить восхищение и увидеть метра. Многие совершали многодневное пешее паломничество, чтобы просто молча посидеть в мастерской, потому что не знали французского.

При этом были исключительно ремесленные привычки и принципы, которых Ренуар придерживался всю жизнь. Во времена отчаянной бедности, поедая один мешок фасоли на двоих с Клодом Моне и часто не имея возможности купить краски, Пьер Огюст Ренуар навсегда приучился расходовать их экономно, а смешивать сразу на холсте. Он выдавливал краски на палитру понемногу, заворачивая край тюбика для точности и всегда помня еще и о тяжелом труде мастера, который их растирал. В мастерской у него был идеальный порядок, всегда чистые палитра и кисти, он не любил тонких холстов и предпочитал грубые, холсты покупал в рулонах, и обрезал, когда на нем уже проявлялся эскиз будущей картины. Так было всегда: и когда Пьер Огюст Ренуар писал портрет жены сапожника за пару ботинок, и когда он стал кавалером Ордена почетного легиона, и даже когда уже был парализован. Сначала он выучился писать левой, когда пальцы перестали разгибаться, просил просто привязывать кисть к руке. Мазки накладывал с невероятной точностью.

За несколько часов до смерти 78-летний Пьер Огюст Ренуар попросил дать ему кисть, краски и идеально чистую палитру, чтобы написать собранные для него анемоны. «Кажется, я начинаю в этом что-то понимать», - сказал он.

Автор: Анна Сидельникова

Читайте также:
Штрихи к портрету: 6 историй о важном и неважном в жизни Ренуара

Говорит и показывает: Огюст Ренуар учит обращаться с красками, женщинами, крестьянами и жгучим перцем
Перейти до біографії