Регистрация
Анонимный опрос от Артхива. Помогите нам сделать проект лучше
0
Оля Соломонова
 
Оля Соломонова
Редактируйте основную информацию
Иркутск, 49 лет
В 1829 году в Риме Карл Брюллов выполнил акварель https://artchive.ru/a…_i_vnuchki, хранящуюся сейчас в графической коллекции Русского музея. Мы видим спальню, где на соседних кроватях спят девушка и старуха, а некое божество над ними навеивает обеим сны, причем бабушке снится что-то «про любовь», а внучка явно видит кошмар – в её сне просматриваются кладбищенские кресты и привидения.
Если бы речь шла о самостоятельном произведении графики или живописи, то эта брюлловская композиция выглядела бы избыточной. «Что за нелепое нагромождение фигур и сюжетов!» – мог бы заметить зритель и был бы, пожалуй, прав. Но всё дело в том, что этот акварельный лист Брюллова – иллюстрация. Его товарищ, молодой писатель Нестор Кукольник (которого сейчас практически забыли, а тогда многие ставили вровень с Пушкиным и Гоголем) написал романтическую новеллу «Психея». Новелла понравилась публике, Брюллов тоже был под впечатлением, в результате чего появился этот рисунок.
Артхив отыскал забытую новеллу Кукольника и фрагмент текста, который проиллюстрировал Брюллов.
Главный герой, профессор медицины Сильвио Теста повествует: когда он был совсем молодым доктором, его вызвала к своей внучке некая 60-летняя итальянка. Вот его рассказ:
"Все мое богатство... – говорила старушка, – единственная драгоценность – Гортензия. Я живу для нее. Она сирота. Отец умер в Неаполе, а дочь моя, мать Гортензии, перешла в вечность здесь, в Комо; вы, вероятно, видели мраморный памятник в церкви Св. Луки; мне прислал для него рисунок синьор Канова, когда он еще учился в Венеции. Я тотчас угадала в нем гения; мраморщики перепортили – но я им не простила и наказала по-своему..."
Я никак не мог понять, зачем зовут доктора, где больной, где опасность, к чему эта откровенность?.. Но вскоре все разрешилось... Тяжело и сладостно вспоминать эту ужасную встречу; о, прелестные, милые, очаровательные женщины, зачем вы не скрываетесь в монастырях и прямо из келий не идете к брачному обряду? Зачем на пути к этой единственной цели вы волнуете, волнуетесь, и все воспоминания свои наполняете жертвами, как аптекари свою библиотеку исполненными бесполезными рецептами!
Вошла, вбежала больная; румянец здоровья играл во всю щеку; черные, как смоль, волоса, в мелких косичках, скользили по белой одежде; черные большие глаза блистали ярко; стан высокий, стройный, гибкий, правильные черты – и, наконец, нечаянность... Не смейтесь, синьоры, – я влюбился. Влюбился с первого взгляда, влюбился так, что у меня потолок в глазах вертелся, влюбился так, что и бабушка улыбнулась, и внучка покраснела, так, что до сих пор не могу освободиться от этих докучных слез...
– "Вот больная!.. – с улыбкой сказала старушка. – Она всех ужасно перепугала; на меня нашел панический страх. За полночь Морфей раскинул свой маковый покров, и мы уснули. И я в свое время была не хуже Гортензии; и у меня были Нарциссы и Адонисы; но всех более понравился мне синьор Каэтано Алальки, здешний фабрикант тафты и бархата. Вы можете судить по его портрету, который вместе с моим, видите, висит вот там на стене, над моею кроватью; давно мы с ним расстались, но в продолжении тридцатилетней нашей разлуки с вечерними молитвами всегда сливалось и об нем воспоминание; так было и вчера. Только что я уснула и, представьте себе: гляжу, как будто наяву – и я, и он улыбаемся на портретах: я со всею скромностию невесты, он со всею внимательностию жениха; он необыкновенно нежен и учтив: во всем Комо и кругом по озеру он считался первым щеголем, а в наше время нашествие французской моды сделало щегольство затруднительным и дорогим; пошли кафтаны à la Louis XIV, пошли мушки и фижмы; Каэтано, я думаю, половину произведений фабрики тратил на себя и невесту. Мы были уже на дружеской ноге, и я нередко позволяла себе делать замечания. Так и вчера... "Ах Каэтано, – говорю я ему... – опять новый костюм!" – а он, шалун, вместо ответа подает мне розу – и с такою улыбкою, просто из Гольдониевской комедии, я так и расхохоталась..."
Старушка в самом деле расхохоталась и закашлялась.
Все время я слушал ее, опустив глаза; теперь хотел воспользоваться удобною минутой, украдкой взглянуть на Гортензию, но не успел решиться, как старушка опять забарабанила:
"Не знаю, чем бы кончилось свидание с Каэтано, как вдруг слышу чьи-то стоны, крик, просыпаюсь и при слабом блеске лампады вижу: моя Гортензия лежит, вся скорчившись, в ужасе, совсем раскрылась; на лице видно, что ее тяготит страшный сон; не успела я приподняться, как она вскрикнула пронзительно и вскочила...
"Что с тобой, Гортензия?.."
"Где он?" – спросила она.
"Кто?"
"Мой мавзолей и эти ужасные барельефы?"
"Какие?"
"Ах, бабушка, что мне снилось! В этом углу двое мужчин ставили мне памятник! Я, мертвая, лежала уже в гробу, они хотели опустить меня в склеп; с ужасом вглядываюсь в мою гробницу; на ней, вместо барельефов, какие-то крылатые кони, скелеты, сказочные чудовища. "Не хочу!" -- закричала я. – "Не хочешь?" – глухо застонали чудовища, ожили, снялись с мрамора и закружились над моею головою в воздухе с ужасным шумом и хохотом; я хотела укрыться под саван; не нахожу его; они все ближе; один барельеф, крылатый всадник, вырвал меня из гроба и понес по воздуху; я собрала последние силы, закричала и проснулась...
"Представьте, синьор, мое положение! Гортензия – все мое богатство, единственная драгоценность; не успела она рассказать свой сон, как уже, разумеется, весь дом был на ногах, а Джакомо – на пути к доктору. С лишком час Гортензия не могла успокоиться, наконец, мало-помало затихла и уснула; но я тотчас оделась и до сей поры просидела у окошка. Благодаренье богу! Гортензия, как сами видите, теперь вне опасности; но я должна была, согласитесь сами, на всякий случай принять свои меры; а теперь не могла не рассказать подробно причины, по которой я обеспокоила вас и вместе приобрела приятное знакомство. Ваша готовность заслуживает полную мою признательность..."
20 ноября 1869 года родилась поэтесса, критик и драматург Зинаида Гиппиус.

Этот Портрет писательницы Зинаиды Николаевны Гиппиус Леона Бакста выполнен на склеенном листе бумаги. Художник сделал набросок, он удивительно удался, Бакст пожелал именно его превратить в окончательный вариант, и ему пришлось подклеить лист, потому что иначе не удавалось правдоподобно изобразить бесконечно длинные и бесконечно красивые ноги модели.

Принцессой Грёз с улыбкой Джоконды ее называл Александр Бенуа, Зеленоглазой наядой – Блок, Белой дьяволицей – Мережковский, а Игорь Северянин – Златоликой скандой. При этом сама Гиппиус любила подписывать свои статьи и стихи мужскими именами.
Происхождение отпечатков подтвердить нельзя, но кто другой мог коснуться ещё влажной картины?

Michail Schnittmann
Michail Schnittmann
, 22 ноября 2018 18:46 0
В статье приводятся три портрета одного и того же натурщика и написаны они бидимо за короткое время, судя по причёске и одежде. Но ини все разные.
Michail Schnittmann
Michail Schnittmann
, 22 ноября 2018 18:51 0
Первый из них пастозный, с крепкой лепкой формы, но однообразный в цвете. Второй, Берлинслий, написан тоньше, с ударами в светах. А третий самый живописный. И это правда всё одна рука?
Чтобы оставлять комментарии, войдите или зарегистрируйтесь.
Веками человечество считало, что античная скульптура, эталон для всех последующих поколений художников и скульпторов, была монохромной. Мраморные герои и богини виделись людям совершенными в своей законченной снежно-белой наготе, поэтому современные реконструкции «в цвете» все еще кажутся лубком и китчем. Куда исчезли цвета греческих и римских статуй? И почему полихромия так удивляет современных…

Anton Shalak
, 26 ноября 2018 04:29 1
В цвете нет лично у меня тех чувств, которые видишь скульптуры " ПЬЕТА, " ДАВИД и др. Но СПАСИБО.
Чтобы оставлять комментарии, войдите или зарегистрируйтесь.
Недавно обнаруженную (точнее, вновь открытую) картину Пита Мондриана впервые представили публике на выставке искусств и антиквариата PAN в Амстердаме.
Героиня этого портрета, датированного 1901 годом, – Элизабет Мария София Кавалини на тот момент была невестой близкого друга Мондриана Корнелиса (Кеса) Бергмана. Они поженились через несколько месяцев после того, как был написан портрет. Бергман занимался торговлей кофе и был художником-любителем, а Мондриан давал ему уроки живописи. Их связывала многолетняя дружба, Мондриан написал несколько портретов членов семьи Корнелиса. Бергман же, в свою очередь, купил у друга несколько его работ.
Портрет Элизабет Бергман обнаружил в Зандворте арт-дилер и оценщик Виллем де Винтер. Выставка, на которой представлена картина, продлится до 25 ноября.
Виктор Михайлович Васнецов. Аленушка
Виктор Михайлович Васнецов. Богатыри
Виктор Васнецов «Аленушка». Взгляд пятилетнего ребенка
С сыном рассматривали репродукцию полотна Виктора Васнецова «Аленушка».
– Тете грустно, потому что ни одной камышины вокруг не выросло? – спросил ребенок.
– Это первое, что тебя в картине заинтересовало? – удивилась я в ответ.
– Да просто очень грустно на такое смотреть! – сказал сын. – Тем более после той сказки про Русалочку, что ты мне недавно читала. Что ж это им всем так плохо? Мне такое слушать и смотреть неприятно. Тетя так смотрит, как будто все умерли.
Я не стала сообщать сыну, что он, вообще-то, довольно точно обрисовал состояние девушки на картине. Ее первое название «Дурочка Аленушка», а «дурочками» называли в те времена сироток или юродивых.
Попыталась разрядить обстановку:
– Некоторые связывают эту картину Васнецова со сказкой «Сестрица Аленушка и братец Иванушка». И ты же помнишь, что там в итоге все хорошо закончилось.
– Как это можно связывать? – изумился сын. – Там же по сказке сестрица Аленушка внутри пруда должна была бы лежать, а козленочек сверху скакать и с ней разговаривать. А тут, наоборот, Аленушка у пруда. То есть, там еще и братец утопленный в воде? – у ребенка от ужаса расширились глаза.
– Нет-нет! – заверила я. – Никакого утопленника братца-козленочка в пруду нет.
– И почему же тогда люди это с той сказкой связали?
– Просто Васнецов часто обращался к сказочным сюжетам. У него есть картина «Иван-Царевич на Сером Волке», «Ковер-самолет», «Богатыри»…
– Вот, «Богатырей» мне лучше покажи! – попросил сын.
Я показала. Он долго смотрел на картину и потом вынес вердикт:
– Вот это – совсем другое дело! Только танка не хватает.
Плотность происходящего на триптихе «Сад земных наслаждений» Иеронима Босха настолько высока, что из каждого маленького ее фрагмента получается самодостаточное изображение. Это убедительно демонстрирует бот Твиттера по адресу https://twitter.com/boschbot. Несколько раз в течение дня программа, созданная ИТ-консультантом Нигом Томасом из Дорсета (Великобритания), вырезает произвольный фрагмент из картины Босха и постит его в социальную сеть. Автор бота рассказывает, что его создание заняло у него всего полчаса: «Однажды воскресным вечером мне пришла в голову мысль, что это позволит сфокусироваться на деталях и рассмотреть произведение с неожиданных ракурсов».
Василий Иванович Суриков. Переход Суворова через Альпы  в 1799 году
24 ноября 1730 года родился Александр Суворов. С картиной Василия Сурикова «Переход Суворова через Альпы» связана любопытная история. Князь Владимир Александрович захотел приобрести ее для Михайловского музея в Петербурге. Цена, назначенная художником – 10 тысяч рублей – показалась ему слишком высокой. Суриков в присущей ему прямолинейной форме, без положенного по этикету обращения «ваше высочество», возразил: «Это ничуть не дорого, если учесть, во сколько художнику обходятся приобретения костюмов, оружия и других предметов, которые он должен писать с натуры, да еще надо учесть многолетний напряженный труд». Когда князь согласился заплатить названную сумму, художник удовлетворенно заметил: «Вот то-то и оно!»