Национальная галерея в Лондоне называет двойной «Портрет мистера и миссис Эндрюс» авторства Томаса Гейнсборо «шедевром, посвящённым браку». Однако один искусствовед считает, что это описание должно быть пересмотрено и обновлено. Он выдвинул новую теорию о том, что художник на самом деле снабдил картину множеством непристойных символов, будучи одержим идеей мести молодожёнам.

Джеймс Гамильтон, автор новой биографии Гейнсборо, подробно описывает в своей книге все вульгарные насмешки над четой Эндрюсов, которые ему удалось обнаружить.




Идиллический портрет в пейзаже изображает модную молодую пару, где на коленях невесты оставлено место для ребёнка, которого предстояло написать в будущем. Но среди скрытых оскорблений Гамильтон идентифицировал двух ослов на дальнем фоне в левой части картины, «фаллическую» сумку на бедре мистера Эндрюса в комплекте с «болтающейся кожаной перчаткой» и карикатурный пенис на коленях его супруги.
Томас Гейнсборо. Портрет четы Эндрюс
Портрет четы Эндрюс
Томас Гейнсборо
1749, 69.8×119.4 см

Выдающийся британский портретист и пейзажист XVIII века Томас Гейнсборо написал картину в Саффолке в 1748 году. Она посвящена свадьбе Роберта Эндрюса и Фрэнсис Картер – отпрысков двух крупных землевладельческих династий. Их брак был заключён для того, чтобы объединить два больших поместья в Садбери. Обе семьи были хорошо известны Гейнсборо, и художник даже некоторое время дружил с женихом. Но Гамильтон указывает, что картина была далеко не дорогостоящим подарком и фактически исчезла вплоть до минувшего столетия – никогда не упоминалась в биографиях и не выставлялась.

«Некоторые признаки указывают на месть художника», – пишет искусствовед.



1.1. Сумка странной формы на бедре Роберта Эндрюса вызвала вопросы у Джеймса Гамильтона
1.2. Искусствовед также увидел рисунок пениса на колене Фрэнсис Эндрюс, урождённой Картер

«Что-то пошло не так, – говорит писатель, куратор и лектор Джеймс Гамильтон. – К тому времени у Гейнсборо были все основания ненавидеть Картеров». Биограф предполагает, что отец художника Джон Гейнсборо не слишком осмотрительно вёл свои дела. Возможно, они довели его до банкротства, и тогда картина стала способом отомстить.

Портретист, похоже, решил осмеять Эндрюса. По словам Гамильтона, фрагменты картины, включая фаллический рисунок, соответствующий тому, что на портрете, есть на полях одного из писем Гейнсборо.



«Гейнсборо был развратным джентльменом, живущим в развратную эпоху, – добавляет искусствовед. – Сексуальные инсинуации и рисунки с намёками были не чужды ему».

Слева: Джеймс Гарольд предположил, что два осла в загоне за правым локтем Роберта Эндрюса отражают представление художника о молодожёнах

«Картина с такой степенью отделки и такой выразительной детализацией, как «Портрет мистера и миссис Эндрюс», не могла остаться в этом состоянии (частично незавершённой) и представлена без чёткого понимания, всестороннего обсуждения и с фундаментальными дырами. Портрет, подобный этому, с ясным династическим замыслом и чёткими социальными маркерами, был бы закончен, если бы не вмешалась смерть или иная подобная катастрофа», – цитирует Джеймса Гамильтона газета The Telegraph.



«Если было понимание, что пространство будет заполнено, оно было бы заполнено», – подытожил эксперт.



Читайте также: Шедевр Гейнсборо будут реставрировать два года, в том числе на виду у публики



«Картина никогда не получала названия, её не повторяли в гравюрах и держали подальше от публики вплоть до XX века, когда все участники были уже мертвы, а любые противоречия забыты», – аргументирует писатель.

В конце концов, полотно купила Национальная галерея в Лондоне в 1960-х годах. Сейчас в музейном описании «Портрет мистера и миссис Эндрюс» значится как «шедевр раннего периода Гейнсборо». «Пейзаж изображает поместье Роберта Эндрюса, к которому в результате брака были добавлены новые территории, – говорится далее. – Фрагмент колен миссис Эндрюс не окончен. Возможно, это место было оставлено для ребёнка, которого она должна была держать».



На вопрос, считает ли Джеймс Гамильтон, что галерея должна переписать цитату, искусствовед ответил: «Да. Хотя, как они могли бы это сформулировать, я не знаю».



Артхив: читайте нас в Телеграме и смотрите в Инстаграме