Королевская академия художеств в Лондоне отмечает столетие одного из самых судьбоносных событий в мировой истории проектом «Революция: российское искусство 1917 – 1932 годов». Публике представляют неординарное исследование данного периода: в экспозиции - как известные, так и редко выставляемые работы Кандинского, Малевича, Бродского, Шагала, Родченко и не только.

Знаменитые художники стали свидетелями рокового поворота истории в 1917 году, положившему конец царской власти и до основания потрясшего российское общество.
Борис Михайлович Кустодиев. Большевик
Большевик
Борис Михайлович Кустодиев
1920, 101×140.5 см

В хаосе Гражданской войны в арт-среде не утихали споры о том, какие формы должно принять новое «народное» искусство. Но оптимизм длился недолго – к концу 1932 года жёсткая политика Сталина надолго положила конец творческим свободам


Константин Федорович Юон. Новая планета
Новая планета
Константин Федорович Юон
1921, 71×101 см
Кузьма Сергеевич Петров-Водкин. Ленин в гробу
Ленин в гробу
Кузьма Сергеевич Петров-Водкин
1924
Кураторов Королевской академии вдохновила знаковая выставка, прошедшая в России как раз перед началом сталинских притеснений. Организаторы сосредоточили внимание на 15-летнем периоде между 1917-м и 1932 годами, когда возможности казались безграничными, а российское искусство процветало во всех своих проявлениях.


Слева: Кузьма Петров-Водкин, «Ленин в гробу» (1924)
Казимир Северинович Малевич. Скачет красная конница
Скачет красная конница
Казимир Северинович Малевич
1932, 140×91 см

«Революция: российское искусство 1917 – 1932 годов» – это беспрецедентная возможность исследовать весь художественный ландшафт послереволюционной России. Здесь представлены и смелые инновационные композиции Кандинского, и динамические абстракции Малевича, – вплоть до зарождения социалистического реализма, который стал единственным стилем при коммунистическом режиме.

1.1. Василий Кандинский, «Синий гребень» (1917)
1.2. Павел Филонов, «Формула петроградского пролетариата» (1921)


В экспозицию также включены фотографии, скульптуры, киноленты, снятые такими пионерами, как Эйзенштейн, и запоминающиеся агитационные плакаты «золотой эры» графического дизайна.

Кураторы попытались воссоздать быт коммуналок, наполнив пространство повседневными предметами, начиная с талонов и текстильных изделий и заканчивая подлинным советским фарфором.











Слева: неизвестный автор, рекламный плакат «Конечно, крем-сода!» (1926)

Почётное место отведено подборке работ Казимира Малевича – начиная с яркого «Супрематического построения цвета» и заканчивая подрывным «Чёрным квадратом», плавающим на белом фоне, – самой динамичной антитезе фигуративной живописи.


Казимир Северинович Малевич. Супрематическое построение цвета
Супрематическое построение цвета
Казимир Северинович Малевич
1929, 72×52 см

Любовь Попова и Александр Родченко полагали, что единственный способ сделать искусство доступным людям – это заключить его в универсальный язык абстракции. Они отвергли даже символизм×Символизм (фр. Symbolisme) – направление искусства, которое нашло отражение в живописи, литературе и музыке. Возник в 1870-80-х годах во Франции, позже распространился в Бельгии, Норвегии и Российской империи. Пика популярности достиг на рубеже XІX-XX веков. Символизму присуща грусть, самоанализ, недосказанность: как будто автор пришел в тихое отчаяние, но постеснялся говорить об этих чувствах, поэтому нарисовал их. читать дальше , заполнив мир своими геометрическими конструкциями и концентрическими окружностями.

1.1. Казимир Малевич, «Чёрный квадрат» (1915)
1.2. Казимир Малевич, «Красный квадрат» (1915)


А как же изображали на полотнах постреволюционного крестьянина? В кино это был герой, загоревший под советским солнцем, который после дня в поле возвращается домой с весёлой песней или усмехается при виде новомодного доильного аппарата. Но на картинах он мог быть другим – от покрытого шрамами ветерана войны до… совокупности ярких прямоугольников.

Один из примеров тому – «Красный квадрат» того же Малевича, который в каталоге выставки 1915 года получил второе название – «Живописный реализм крестьянки в двух измерениях».




Слева: Кузьма Петров-Водкин, «После боя» (1923)
Александр Александрович Дейнека. Текстильщицы
Текстильщицы
Александр Александрович Дейнека
1927, 171×195 см
Крепкие, босые, с волосами, собранными сзади, «Текстильщицы» (1927) Александра Дейнеки похожи на научно-фантастических роботов. Это ощущение подчёркнуто рядами вертикально и горизонтально расположенных катушек, а также реечным потолком.


Идеализация пролетариата в официальном послереволюционном искусстве принимало порой гротескные формы. Герой картины Бориса Кустодиева «Большевик» (см. иллюстрацию в верхней части материала) несёт гигантский красный стяг через заснеженный город, но при этом буквально топчет толпу. В которой, между прочим, невозможно различить ни одного лица.
Исаак Израилевич Бродский. Ударник Днепростроя
Ударник Днепростроя
Исаак Израилевич Бродский
1932

Выставка «Революция: российское искусство 1917 – 1932 годов» в лондонской Королевской академии художеств демонстрирует как идеалистические устремления, так и суровую реальность революции и её последствий. Экспозиция будет работать до 17 апреля.



По материалам официального сайта Королевской академии художеств и The Guardian